Насколько велика конкуренция между Россией и Китаем в Центральной Азии? Как изменится отношение Пекина к этому региону с приходом к власти нового китайского лидера, выясняла DW.

 

 

22-24 марта должен состояться первый официальный визит в Москву нового председателя КНР Си Цзиньпина. Накануне визита эксперты дают разные оценки китайско-российским отношениям. В частности, многие указывают на существующие в настоящий момент сложности между Москвой и Пекином в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), а также растущую конкуренцию КНР и РФ в центральноазиатском регионе.



Общие интересы или растущая конкуренция?



Немецкий эксперт по Центральной Азии Гюнтер Кнабе (Günter Knabe) отмечает, что Россия и Китай и раньше не были друзьями, да и в перспективе дружить не будут. "У них имеются общие интересы, но в большей степени два этих государства конкурируют друг с другом", - говорит Кнабе.



"Китаю важно превратить экономический подъем в стране в безусловный политический успех модернизированной Коммунистической партии (КПК), а для этого требуются энергоносители и металлы из сырьевой кладовой - Центральной Азии", - указывает эксперт.



Россия же, обладающая сырьем, стремится напрямую увеличить свое политическое и военное влияние в регионе и сохранить контроль над основными путями транспортировки углеводородов. "Поэтому ее соперничество с Китаем будет только усиливаться", - считает Кнабе.



Интересы элит в Центральной Азии



Эксперт российского института стран СНГ Андрей Грозин расценивают ситуацию иначе. "Наверное, Пекин хотел бы иметь в Центральной Азии несколько полностью контролируемых провинций, из которых в Китай будет поступать нефть, газ и металлы. Но пока китайское руководство считается с реальностью, в которой присутствуют и российские интересы, и интересы самих центральноазиатских государств", - говорит российский аналитик.



По его словам, "элиты в Центральной Азии, при всей их коррумпированности, не привлекает перспектива превратиться в наместников Пекина". Китай избегает брать на себя политическую, и, тем более, военно-политическую ответственность за то, что происходит в регионе, предпочитая оставить это в ведении Москвы. "Пекин боится надорваться, занимаясь одновременно внутренними проблемами и перекройкой в большой внешней политике. Страх повторения опыта Советского Союза заметен в китайском экспертном сообществе", - подчеркивает Грозин.



Экономическая экспансия КНР и российские интересы


По его словам, минувшее десятилетие показало, что китайская экономическая экспансия в регионе происходит за счет вытеснения западных, а не российских компаний. Интересы китайского бизнеса, не противоречат российским, считает Грозин. Российские корпорации не планируют качать из Узбекистана или из Туркмении десятки миллиардов кубометров газа, зато такие планы есть у Китая, говорит эксперт. В горной металлургии у России тоже нет больших претензий на Центральную Азию, поэтому нет и противоречия интересов с китайским бизнесом.


По мнению немецкого эксперта Гюнтера Кнабе, общая забота Москвы и Пекина - это безопасность региона, граничащего с Афганистаном, после вывода из этой страны войск НАТО и прогнозируемого там усиления роли исламских боевиков. Но, как отмечает немецкий эксперт, есть и другой геополитический фактор. "Учитывая объявленную Вашингтоном стратегию, направленную на концентрацию влияния США в Тихоокеанском регионе, можно ожидать, что Пекин не захочет конкурировать еще и с Россией в центральноазиатском регионе", - поясняет Гюнтер Кнабе.



Это мнение разделяет и координатор объединенной евразийской экспертной сети Jeen Наталья Харитонова. По ее словам, Пекин и Москва, которые преследуют различные цели в регионе, готовы к компромиссу по всем значимым вопросам, чтобы создать общую базу для снижения влияния США в Центральной Азии.



Российский радикализм и китайская формула



Впрочем, Андрей Грозин оценивает ситуацию не столь однозначно. "Если Си Цзиньпин едет в Москву, то из этого не следует, что Пекин видит себя в одной лодке с Россией. Китайцев смущает радикализм российского политического мышления, они не хотят "или с Россией, или с США". Китайцы предпочитают формулу "и с Россией, и с США", - говорит российский эксперт.



Что касается конкуренции между Москвой и Пекином в рамках ШОС, Андрей Грозин отмечает, что если бы в России эта организация воспринималась только как "китайский проект", то Москва заблокировала бы работу ШОС путем создания бюрократических препон, а этого не происходит.



Казахстанский эксперт Михаил Пак в интервью DW напоминает о прежних расхождениях в подходах, возникших между Москвой и Пекином вокруг банка развития ШОС с десятимиллиардным капиталом, в основном китайским, для финансирования энергетических проектов в регионе.



Китайцы попробовали реализовать в ШОС один "свой" проект - создать такой банк. Москва им в этой малости не уступила. Но не в духе современных китайцев пробивать головой стены. Они просто раздали кредиты, которые хотели передать странам региона в рамках ШОС, но уже на двусторонней основе", - напоминает казахстанский эксперт.



Оригинал публикации: Deutsche Welle


Опубликовано: 21/03/2013



Виталий Волков

 

Deutsche Welle