zhankozОбвинение Владимира Козлова, Серика Сапаргали и Акжаната Аминова в разжигании социальной розни – это, по сути, провокация властей против радикальной части оппозиции, попытка взвалить ответственность на оппозицию за трагические события в Жанаозене 16 декабря 2011 года. Ситуация предельно циничная: сами создали напряженность, сами организовали беспорядки, сами расстреляли и сами же судят.


Главное, что требуется доказать обвинению, - это то, что действия оппозиции (их приезды, встречи с забастовщиками, листовки, материальная помощь) привели к беспорядкам 16 декабря. Вся путаница в головах оттого, что смешиваются два совершенно разных процесса. Первый — усилия оппозиции по использованию забастовки нефтяников в своих политических интересах. Второй — собственно сама забастовка и трагические события в Жанаозене.

 

У прокуроров конкретная задача — доказать, что второе является следствием первого. Если забастовка переросла в беспорядки именно вследствие вмешательства Козлова и его команды, то этим, безусловно, доказывается вина оппозиции в организации беспорядков. Но если события 16 декабря произошли вследствие других причин, то все претензии к Козлову и его партнерам абсолютно неправомерны.

 

Людоедская логика

 

Что инкриминируется оппозиции? Во-первых, разжигание социальной розни. Кого с кем? Это первый вопрос, на который должен четко ответить суд. Если обвинение будет продолжать упорствовать в своем невежестве, что оппозиция разжигала рознь между нефтяниками и властями, а суд это проглотит, то обвинение в правовом отношении окажется подвешенным в воздухе.

 

Власть — это не социальная группа. Для сведения умников из прокуратуры и Комитета национальной безопасности: любое противопоставление властям в рамках действующего права — это сфера политической борьбы. Значит, обвинение в разжигании социальной розни здесь абсолютно не к месту. Оппонирование властям и подбивание на это рабочих — это уже политика, которая, к глубокому сожалению прокуроров, законом не запрещена. Так что в части социальной розни обвинение явно дало маху. Видимо, грамотешки не хватило.

 

Другое дело, если, поняв, что промахнулось, обвинение в срочном порядке поменяет диспозицию и начнет рассматривать разжигание социальной розни между рабочими и работодателями. Мол, вот рабочие, вот работодатели жили не тужили, но приехали оппозиционеры и заварили социальную рознь, что привело к жертвам. В этом случае появляется какая-то логика и видимость грамотного подхода. Однако тогда возникает серьезная нестыковка между политическими целями, преследуемыми оппозицией, и откровенно шкурными задачами, которые ставили забастовщики.

 

Оппозиция предлагала рассматривать требования забастовщиков в разрезе смены политической власти в стране. Однако забастовщиков власть вполне устраивала, поэтому они хотели решать свои проблемы, апеллируя к этой власти. И абсолютно неясно, как эти взаимоисключающие моменты будут приведены к общему знаменателю.

 

Анализ событий показывает, что не оппозиция использовала рабочих, а напротив — именно забастовщики использовали оппозицию. Какие политические дивиденды поимела оппозиция с Жанаозена? Абсолютно никаких. В то время как забастовщики получили и материальную помощь, и информационную поддержку. В этом плане обвинению нужно будет дать ответ, как именно оппозиция использовала забастовку в своих интересах и в чем это выразилось.

 

Отдельный вопрос, насколько эту помощь можно классифицировать в качестве: а) причины забастовки, б) причины беспорядков 16 декабря. Логика обвинения понятна: не помогай оппозиция нефтяникам, они, будучи без средств к существованию, с голодными семьями, вынуждены были бы сдаться на милость руководству КМГ. Тогда бы никто не собрался на площади 16 декабря и, соответственно, не в кого было бы стрелять. То есть не вмешайся оппозиция — они бы работяг додавили.

 

Откровенно людоедская логика! Из нее явствует, что оппозиция помешала властям поставить на колени людей, пытавшихся решить свои социальные проблемы. То есть оппозицию в лице Козлова, Сапаргали и Аминова обвиняют в поддержке тех, кто требовал повышения своих зарплат. И абсолютно неважно, были ли эти требования на самом деле справедливы.

 

Правомерность такого обвинения была бы оправданна, если бы забастовщики при этом нарушали законы: устраивали беспорядки, оказывали сопротивление полиции, жгли магазины, машины. Однако мирное семимесячное «стояние на площади» убедительно доказывает отсутствие каких-либо угроз для города, общества и власти.

 

Пока власти не пошли на силовой разгон забастовщиков и не применили оружие, никаких беспорядков не было. Это серьезный факт, свидетельствующий о мирном характере забастовки, а значит, оппозиция оказывала поддержку исключительно мирной акции протеста, причем делала это, не нарушая действующих законов. Это какие же нужны уши и как нужно за них тянуть, чтобы притянуть обвинение в разжигании социальной розни?!

 

Называя вещи своими именами

 

Обвинение акцентирует внимание на том, что оппозиция призывала рабочих переориентировать свои экономические требования на политические. Стремление оппозиции «политизировать забастовку» — это основная фишка обвинения. Полагаю, что от безграмотности и идеологической зашоренности.

 

В Казахстане нет законов, запрещающих политизировать какие-либо события, акции, мероприятия. Точно так же нет криминала в призывах к смене власти, агитации против действующей власти, ее критике. Это нормальная практика политической борьбы, предусмотренная Конституцией страны. Похоже, кто-то слишком вжился в роль защитника режима и возомнил, что для сохранения статус-кво этой системы все средства и методы хороши. Даже противоправные!

 

Что можно сказать, прочитав в обвинительном заключении, что экстремистская ОПГ (а разговор идет о партии «Алга») была создана в целях подрыва и разрушения социально-политических основ конституционного строя Республики Казахстан?

 

Только назвать это бредом. Всякое обвинение принято подкреплять доказательствами. Но где в уставе «Алги», в ее программе, в других документах содержится хотя бы намек на желание разрушить социально-политические основы конституционного строя? Где экстремистские акции и преступные действия?

 

В каком воспаленном мозгу могло возникнуть это гнусное по своей лживости обвинение, что Козлов выступил «против конституционного строя и безопасности государства»? И в чем конкретно это выразилось?

 

В словах, сказанных в частной беседе, в разговорах по телефону? Да мало ли что мы все в сердцах говорим на кухнях или лежа в своих постелях?! О чем разговор-то? О публичной деятельности или о том, что мы говорим в постелях? Разницу чувствуете?!

 

Это как же нужно не дружить с логикой и фактами, чтобы заявить, что партию «Алга», существовавшую в политическом поле Казахстана почти семь лет, создали для подрыва основ конституционного строя? Резонно напрашивается вопрос: чего же она все эти годы, вместо того чтобы подрывать и разрушать, пыталась зарегистрироваться, чтобы вести политическую борьбу в легитимном поле? Почему так и не совершила ничего экстремистского и преступного, а, напротив, упорно действовала в рамках действующего законодательства? Нет ответа.

 

Теперь о жанаозенских событиях. О каких публичных призывах к насильственному захвату власти, подрыву безопасности государства и насильственному изменению конституционного строя» в обвинении идет речь? Откуда весь этот бред?

 

Я добросовестно прочитал все обвинительное заключение по данному уголовному делу — нет там ничего такого и в помине. Полное отсутствие доказательств экстремистских и тем более преступных действий «Алги». Все, что обвинение представляет доказательством, откровенно высосано из пальца. Если честно, жалко потраченного времени на чтение этой псевдоюридической галиматьи.

 

Если называть вещи своими именами, это откровенная ложь, возведенная в ранг официального обвинения. Даже козырная карта прокуроров — свидетельские показания бывших соратников Козлова — абсолютно ничего не доказывают. Они подтверждают только то, что «Алга» помогала забастовщикам. Но этого никто и не оспаривает.

 

При всех многочисленных показаниях свидетелей, при всех откровенно ангажированных экспертизах очевидным остается то, что:

а) причиной забастовки явилась не оппозиция, которая так и не смогла повести за собой рабочих, а бездарная работа администрации предприятия и местных властей, доведших ситуацию до высшего напряжения;

 

б) усилия оппозиции перевести забастовку в политическую плоскость не увенчались успехом: нефтяники упорно продолжали сторониться политики, до последнего надеясь на то, что вопрос будет решен властями;

 

в) к организации беспорядков 16 декабря ни активисты забастовщиков, ни оппозиция (в частности, Козлов) не имели никакого отношения. Расправу организовали и осуществили именно власти, преследуя цель — прекратить затянувшуюся забастовку.

 

Все! Эти три момента очевидны, и этот судебный процесс своей одиозностью и откровенной необъективностью только усугубил эту очевидность.

 

Это победа оппозиции,а не поражение

 

Попытка прокуроров доказать, что деятельность оппозиции носила антиправительственный характер, ничего, кроме смеха, не вызывает. Оппозиции на роду написано критиковать и дискредитировать власть, на то она и оппозиция. А уж использовать неудачи власти, ее ошибки и просчеты в своих политических интересах (чтобы прийти к власти) — это сам бог велел.

 

Забастовка в Жанаозене — это подарок судьбы для любой оппозиции, так что в этом плане Жанаозен — это еще и проверка на вшивость нашей оппозиции, настоящая она или нет. Не знаю, кто как, но алговцы эту проверку выдержали с честью, показав свою реальную оппозиционность режиму Назарбаева. Собственно, за это их и судят.

 

Но преследовать за политическое оппонирование власти — это уже ни в какие ворота не лезет. Это вызовет волну критики режима как внутри страны, так и за рубежом. Так что нет худа без добра. Это я к тому, что процесс над оппозицией Акорде принесет больше минусов, чем плюсов. А вот тем, кому не по пути с этим режимом (да простят мой цинизм те, кого осудят), это может дать:

 

а) импульс для переоценки тактики борьбы;

б) возможность очистить ряды от случайных попутчиков;

в) помочь обрести флаг борьбы, символ мужества, героику оппозиционной борьбы в лице политического заключенного, отказавшегося сотрудничать с режимом.

 

Героизация политической борьбы оппозиции может серьезно повлиять на политические предпочтения казахстанцев. Особенно молодежи. Осуждение Козлова, его достойная и принципиальная позиция на суде — хороший задел в этом направлении. Людям импонируют политики, отстаивающие свои идеи даже ценой свободы и благополучия.

 

Страдать за идеи, за принципы — это круто. И такая крутизна делает эти идеи и принципы привлекательными для людей. Это серьезный момент, работающий на формирование негативного отношения к режиму Назарбаева и, соответственно, позитивного восприятия его политических оппонентов.

 

Повторяю, как ни цинично это звучит, в нынешней ситуации Владимир Козлов, осужденный за поддержку бастующих рабочих, куда более неудобен и опасен власти, чем если бы он находился на свободе. Вы только вдумайтесь в харизматику слов: посадили за поддержку рабочих! Не за взятку, не за откат, не за то, что украл! Да с такой характеристикой Козловым гордиться надо! Уже одним этим он зарезервировал себе страничку в истории современного Казахстана. Этого в Акорде еще не понимают, но когда поймут — будет поздно.

 

Это я к тому, что с точки зрения политической перспективы грядущее заключение Козлова нужно воспринимать не как трагедию, не как печальный финал деятельности «Алги», а как закономерный результат борьбы с режимом. Это было прогнозируемо. На то он и режим, чтобы сажать своих политических оппонентов. Вставшие на тропу борьбы за власть понимают, что с авторитарными режимами шутки плохи.

 

Если в Казахстане действительно авторитаризм, то идущий в Жанаозене процесс над оппозицией и последующее осуждение Владимира Козлова правильнее воспринимать как должное, как то, через что оппозиция должна пройти. Это и есть одно из главных доказательств авторитарности власти и ее ориентированности на репрессии против оппонентов.

 

То, что осудят и посадят, - вопрос решенный, и нет смысла делать вид, что суд примет единственно правильное и справедливое решение. Все давно предопределено. Спектакль скоро кончится, марионетки разъедутся, кукловоды будут удовлетворенно потирать руки, а политики, названные преступниками, получат сроки. Но очень важно, чтобы не возникло ощущение поражения.

 

Позиция Владимира Козлова, его достойное поведение (а он здесь олицетворяет всех не согласных с Назарбаевым), напротив, говорит о нравственной победе оппозиции. Очень важно увидеть эту победу, сделать из этого правильные выводы и использовать ситуацию в интересах дальнейшей работы по смене нынешнего политического режима.

 

Источник: Газета "Голос Республики" №33 (255) от 7 сентября 2012 года