duvanov_sКак перевести шкурный интерес в политические требования? Почему бастующие нефтяники боятся оппозиционных политиков? Чем закончатся нынешние выступления рабочих Мангистау? На эти и другие вопросы отвечает известный публицист Сергей Дуванов.


- Сергей Владимирович, одна из главных сегодняшних тем — это протесты нефтяников в Узене и Каражанбасе. Оппозиция пытается им содействовать, профсоюзы за рубежом протягивают руку помощи, пресса пишет об этом постоянно — вы молчите. Почему? Это как-то не вяжется с Вашей активной позицией. Вам не хочется чем-то помочь им?


- Помочь чем? Им помощь таких, как я, или помощь оппозиции не нужна. Абсолютно! Напротив, они как черт ладана боятся и оппозицию, и любого, кто заводит разговор о политике. Зачем же лезть туда, куда не просят?


- Ну все же, Вы, как оппозиционный публицист, не можете не иметь своего мнения по этому поводу. Неужели Вам нечего сказать?


- Давайте трезво оценим суть происходящего. Люди хотят, чтобы им больше платили. Остальное их мало волнует. Им нужны деньги — здесь и сегодня. При этом протестующие не поднимают тему доходов остальных казахстанцев, которые, кстати сказать, в своем подавляющем большинстве получают еще меньше их. Так что поборниками общенародных интересов их не назовешь — тут люди решают откровенно свои шкурные задачи. Как говорится, бог в помощь, но почему им нужно при этом помогать?


- А как насчет солидарности? Просто человеческой?


- Если завтра Вы станете требовать от своего редактора повысить вам зарплату, означает ли это, что я должен поддержать вас? Ради солидарности? Или вы сами с ним разберетесь, без постороннего вмешательства?


- Ну, я журналист, а там многотысячный коллектив. Это разные вещи. Там люди пошли на забастовку, требуя справедливой оплаты труда. Это уже не просто производственный конфликт — это социальный протест.


- Я не вижу принципиальной разницы между тысячным коллективом нефтяников и редакцией газеты, где работает десяток журналистов. И там и тут люди, которые хотят получать за свой труд больше. Но это сугубо экономические требования.


- Хорошо, но что плохого в том, что люди стремятся получать больше?


- Ничего плохого в этом нет. Это их законное право. Но объясните, почему им обязательно нужно в этом помогать?


- Потому что на стороне их работодателей стоят власти, которые должны быть в худшем случае нейтральными, а в лучшем — на стороне рабочих.


- Хорошо! Но в том-то и проблема, что любая поддержка нефтяников предполагает критику власти, а это уже политика, которую не хотят забастовщики. Они категорически боятся такой помощи. Хотя, конечно же, многие из них понимают, что их проблемы, как, впрочем, и остальных казахстанцев возникли именно при молчаливом согласии и попустительстве власти вообще и конкретно Назарбаева. Понимают, но озвучивать это не хотят принципиально — боятся переводить все в русло политики, которую они генетически (видимо, с советских времен) боятся.


Их тактика понятна — решать свои проблемы, не конфликтуя с властью в лице Назарбаева. Поэтому их протест адресован исключительно к руководству предприятий и местной власти. По сути, в своих бедах они винят только их. А это означает, что их протест на самом деле выглядит как жалоба высшему руководству страны на свое непосредственное начальство. Все в русле традиционной формулы, идущей со времен царя Гороха — царь-де у нас хороший, бояре плохие.


- А Вы бы хотели, чтобы нефтяники во всем обвинили «Ак орду»?


- Я бы хотел, чтобы взрослые люди, созревшие до публичных протестов, называли вещи своими именами и не занимались «разводами» с властью. Их тактика заигрывания с «Ак ордой» с целью выторговать себе кусок пожирнее у работодателей — ущербна и бесперспективна.


Это в демократических странах, где есть суд, где торжествует закон, существует свободная пресса, независимый парламент, можно прижучить работодателя и заставить его выполнить свои требования. Там бизнес и власть разведены, что очень принципиально, так как это позволяет апеллировать либо к власти, либо к независимому от нее суду при решении экономических споров. В Казахстане весь серьезный бизнес — это продолжение власти, и любые попытки выторговать лучшие условия со стороны рабочих воспринимаются как попытка залезть в карман власть имущим.


Не мне вам объяснять, кто является истинным владельцем прибыльных предприятий в Казахстане. По большому счету руководство предприятий, где бастуют нефтяники, это всего лишь менеджеры «Ак орды», как, впрочем, и областное начальство, осуществляющее политический менеджмент. Спрашивается, чего в этом случае можно добиться, если рабочим противостоят подельники, кормящиеся с этого бизнеса?


- У них просто нет выбора. Это какой ни есть шанс.


- Если кто-то из бастующих надеется, что таким образом можно выторговать себе прибавку в несколько тысяч тенге, то они ошибаются. Этого, скорее всего, не будет. Власти понимают, чем грозит такой прецедент в условиях резкого роста цен. Слишком много в стране недовольных, которые, ободренные успехом нефтяников, завтра же начнут качать свои права. А это означает, что забастовки, став повседневностью Казахстана, могут серьезно дестабилизировать ситуацию в стране. Это очень серьезно для «Ак орды», и поэтому они сделают все, чтобы сломать нефтяников и продемонстрировать свою твердость в подавлении подобных акций.


- И что же делать? Люди искренни в своем стремлении добиться справедливости. Вы же не будете отрицать, что им платят мало?


- В сравнении со средними зарплатами в нефтянке — очень мало. В сравнении с остальными казахстанцами — не так уж и мало. Хотя нельзя диктовать людям, сколько им «мало», а сколько «много». Каждый вправе сам решать, сколько для него мало, а сколько нормально. А соответственно, у каждого есть право требовать больше. Поэтому спор в режиме «много — мало» здесь абсолютно неуместен. Если считают люди, что они достойны большего, — имеют право требовать. Точно так же и работодатели — имеют право на свое видение проблемы. А уж кто кого переубедит или, точнее, передавит — это как получится. Но это в теории.


В нашем случае требования нефтяников повысить зарплату являются экономическим вопросом только для рабочих, боящихся лезть в политику. Для власти это вопрос сугубо политический. Победят нефтяники — поднимут голову профсоюзы, активизируется оппозиция, забастовки станут привычной формой решения проблем рабочих. Победит власть — рабочие, общество, оппозиция получат урок, что власть сильна, решительна и никому не позволит диктовать ей условия и правила игры.


— Так, по-Вашему, происходящее в Узене и Каражанбасе — это все же политические события?


- Да, вопреки усилиям нефтяников не политизировать их забастовку, она давно уже имеет сугубо политическое значение. Но нефтяники, видимо, этого не понимают и старательно дистанцируются от политики, наивно полагая, что без политики у них есть шанс хоть что-то получить. Увы! Давайте представим, что было, если бы забастовщики выдвинули, скажем, такой лозунг: «Президент, поддерживающий обкрадывающих народ, — не наш президент»! Или того круче: «Долой Назарбаева — покровителя воров!». 100% — реакция властей была бы другой. И знаете, почему?


Потому что власти, наученные опытом своих арабских собратьев по авторитарному цеху, помнят, что революции там начинались именно с таких лозунгов. Отказываясь лезть в политику, забастовщики подыгрывают властям, позволяя им отсечь от событий оппозицию, имеющую информационные и организационные ресурсы, других недовольных, которые, видя лишь шкурные претензии забастовщиков, не торопятся их поддерживать.


- Почему же арабы, в принципе тоже недовольные своим материальным положением, восстают против своих диктаторов, а наши граждане стараются, что называется, не усугублять ситуацию политикой и пытаются решать свои проблемы в чисто экономическом поле?


- Нашим до арабов нужно дорасти. Политически, граждански, нравственно. Подняться до уровня понимания национальных интересов, а не своего кармана, своей семьи. Вот тогда они перестанут трусливо сторониться политики, не будут шарахаться от оппозиции и, самое главное, придет понимание, что, живя в нищей стране, нельзя создать благодатные условия на отдельно взятом предприятии.


- И когда такое, по-Вашему, наступит?


- Чем больше будет разочарований в тактике «Назарбаев ни при чем, во всем виноваты иностранцы (олигархи, местные власти)», тем быстрее. Читайте Ленина — он очень хорошо в свое время расписал динамику перехода от экономических требований рабочих к политическим. Думаю, эти же процессы идут у нас и сегодня, только гораздо быстрее.


- Но это может затянуться на годы. Не означает ли это, что у режима Назарбаева есть еще время? Этак годков 10 — 20?


- Вряд ли. Полагаю, что нынешняя забастовка нефтяников как раз ускорит прозревание рабочих, их путь до нужных лозунгов и постановки правильных целей. Не будут же они каждый раз наступать на одни и те же грабли. И потом, в любом случае не им решать вопросы политического преобразования страны. Есть более реальные политические силы, которые и будут инициировать эти процессы.


www.respublika-kz.info