fuhrerscheinОдин из них на жаловании у казахского автократа. Другой одобрил выборы человека, которого называют последним диктатором Европы.


Третий противоречил своему собственному президенту, заявив, что египетский Хосни Мубарак должен остаться у власти, пишет агентство Associated Press.


Что эти люди имеют общего? Все они были лидерами или высокопоставленными чиновниками в западных правительствах, резко критиковавших режимы, которые они или их партнеры теперь представляют.


Так как сейчас лидеры в Европе и Соединенных Штатах принимают решения о санкциях против клана Каддафи и гарантируют поддержку ближневосточным демократическим движениям, этот конфликт интересов все больше привлекает внимание.


Бывший премьер-министр Великобритании Тони Блэр отверг критику, что Великобритания поддерживала слишком теплые отношения с Муаммаром Каддафи, пока он был во главе правительства, утверждая, что Лондон оказывал сдерживающее влияние. А его офис опроверг претензии сына Каддафи, который говорит, что Блэр консультировал ливийские инвестиционные структуры после того, как он ушел с поста премьер-министра.


Но и другие лидеры и высокопоставленные чиновники работали в интересах иностранных правительств, действия которых они, возможно, не одобряли, когда находились у власти.


В Австрии, экс-канцлер Альфред Гузенбауэр работает в качестве консультанта президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, в то время как бывший вице-канцлер Хуберт Горбах во время недавней поездки в Беларусь спонсированной белорусским правительством, похвалил выборы там, как «соответствующие западноевропейским стандартам».


Александр Лукашенко широко известен как человек, систематически нарушающий права человека, и его часто называют «последним диктатором Европы».


Но Горбач не единственный среди бывших высокопоставленных европейских чиновников, который хвалит Лукашенко. Поляк Анджей Леппер, бывший заместитель премьер-министра, в настоящее время занимающийся установлением и развитием деловых контактов между Польшей, Украиной и Беларусью, называет белорусские выборы «соответствующими принципам демократии».


Немец Герхард Шредер является самым ярким примером общественного протеста против иностранного лоббирования.


Шредер шесть лет назад перешел почти незаметно от канцлера к руководству фирм, связанных с российской государственной компанией «Газпром», которая осуществляет жесткий контроль в некоторых частях Европы, и дважды в последнее десятилетие способствовала появлению дефицита газа на континенте.


В это же время канцлер Шредер горячо поддерживал кремлевский Nord Stream - проект трубопровода, предназначенного для поставки российского газа непосредственно в Германию, и заручился поддержкой правительства для этой сделки. Несколько месяцев спустя он стал главой комитета акционеров проекта при поддержке ОАО «Газпром» - консорциума российского газа, разногласия которого с Украиной, через которую осуществлялся транзит, вызвало серьезную нехватку газа в Европе в 2006 и 2009 годах.


Пресса и общественность выразили свое возмущение, но Шредер держался за свой прибыльный пост.


По другую сторону Атлантики, комментарии отставного дипломат Фрэнка Визнера после завершения миссии правительства США, убеждавшей Мубарака уйти в отставку, вызывают вопросы о прошлой и настоящей лояльности.


Президент Обама уже был вовлечен в процесс убеждения Мубарака уйти в отставку, когда Визнер ошеломил администрацию публичным заявлением, что лидерство египетского президента является критическим. Администрация была вынуждена дистанцироваться от Визнера и подчеркнуть, что он является частным лицом, который перестал представлят интересы правительства, когда он уехал из Каира.


Тот факт, что юридическая фирма Визнера работала на египетское правительство, выяснился позже и сильно пошатнуло репутацию фирмы, несмотря на заверения главы фирмы, что Визнер никогда не работал непосредственно в интересах Египта.


Большинство бывших чиновников, а ныне лоббистов, работающих на иностранные правительства или организации, делают это на законных основаниях. Там, где местные законы требуют, они регистрируются в соответствующих государственных структурах, соблюдают положенный перерыв между правительственной позицией и началом консультативной работы и действуют в соответствии с другими формальными требованиями.


Тем не менее, в западных странах ситуация, когда бывшие правительственные чиновники переходят на работу к клиентам, которые могут не разделять демократические ценности, вызывает вопросы. Предают ли они принципы своей страны? Находятся ли они на государственной службе, в первую очередь ради выгоды, которыя их ожидает с переходом в частный сектор?


«Если люди ожидают, что они могут заработать значительное состояние после ухода с правительственной службы, оказывая услуги влиятельным группировкам во время нахождения в офисе, то это потенциальное ситуация для злоупотреблений», - говорит Стивен Уолт, Гарвардский профессор-международник.


Он говорит, что, как правило, бывшие правительственные чиновники, которые начинают представлять интересы иностранных государств, международных организаций и политических партий, оказываются в ситуации «потенциального конфликта интересов».


Уолт говорит, что это всегда проблематично, когда бывшие чиновники использют свои заслуги и политический вес в защиту позиций иностранных правительств, не афишируя того, что они на эти правительства работают.


«Тот, кто занимается лоббированием или политическими комментариями просто обязан сообщать источник своих доходов», говорит он. «Как минимум, люди могут не принимать во внимание то, что они говорят».


В читаемых широкой публикой обзорных комментариях Уильяма Монтгомери, бывшего посла США во многих из бывших республиках Югославии, предлагается, что Косово и Боснии нужно позволить раскол на этнические группы - чему ожесточенно противились как Вашингтон, так и большинство европейских столиц.


Монтгомери работает на Сербскую Прогрессивную Партию - сербских националистов, которые включают сторонников бывшего сербского лидера Слободана Милошевича и которые требуют, чтобы сербам в Косово и Боснии было позволено отделиться. Документ, с прошлого года хранящийся в Министерстве юстиции США, свидетельствует, что он зарегистрирован в качестве иностранного представителя лидера партии Томислава Николича. Но это не известно тем, кто знает его, как газетного публициста.


«Я никогда не хочу быть в ситуации, когда мне придется объяснять политику партии ... Это не моя роль», - сказал Монтгомери Associated Press, когда его спросили о его деятельности. Бывший советник президента по Боснии отказался от комментариев.


В Австрии Горбач и Гузенбауэр сказали Associated Press, что они не согласны с предположениями в средствах массовой информации о том, что они продались, восхваляя диктаторов, чья антидемократическая политика и нарушения прав человека хорошо известны.


Лукашенко находится у власти более 16 лет, осуществляя полный контроль за политикой, промышленностью и СМИ в своей десятимиллионной стране. Но Горбач, чья консалтинговая компания стремится расширить свое представительство в Беларуси и других бывших советских республиках, ставит под сомнение выводы международных наблюдателей, что в декабре Лукашенко снова сфальсифицировал выборы. Он заявляет, что то, что он видел на избирательных участках в ночь выборов, показало «прогрессивное движение нации по направлению к демократическим основам».


Осуждая «насилие во всех его формах», Горбач, который был гостем правительства Беларуси в качестве наблюдателя за выборами, сказал, что он находился в своем гостиничном номере после выборов и не видел и не слышал никаких признаков жестокого подавления спецназом демонстрантов, протестующих против результатов голосования. «То, что я видел, не было противозаконно», заявляет он.


Гузенбауэр, между тем, предполагает, что он оказывает западному обществу услугу в рамках продвижения демократии и импорта западных ценностей, выполняя оплачиваемые консалтинговые задачи для Назарбаева, пожизненного президента Казахстана.


Он сказал, что некоторые люди стоят в стороне и заламывают руки, ужасаясь отсутствию свобод, в то время как другие активно пытаются изменить ситуацию к лучшему.


«Я определенно принадлежу ко второй группе», сказал он.

Перевод сайта charter97.org