Featured

Ловушка для оппозиции

Одна страна – один народ, с этим все согласны. Расхождения начинаются при определении народа. Одни под народом понимают всех проживающих в стране, независимо от их этнического происхождения. По мнению других, народ – это только казахи, а все остальные идут как бы прицепом. Но это, так сказать, суть проблемы. В нынешней полемике о доктрине национального единства на первом плане оказались совершенно другие вещи.

 

 

Почему именно сегодня власть обратилась к вопросам национального единства? Не потому ли, что на дворе кризис, растет социальная напряженность, слабеет контроль над ситуацией, степень доверия к власти уменьшается пропорционально ухудшению экономической ситуации?

 

Появилась опасность массового недовольства людей и проявления их протеста, и посчитали, что пришло время разыгрывать козырную карту казахстанской политики — национальную. С прицелом сбить рост протестности населения, а заодно переключить внимание казахстанцев с социально-экономических претензий к власти на претензии... друг к другу. Этакий ход конем.

 

Все это приводит к резкой поляризации общества по этническому признаку, но это уже власть не волнует — цель оправдывает средства.

 

Клин против клина

 

На мой взгляд, доктрина нужна для «Ак орды» как отвлекающий маневр, призванный через вбрасывание популярной идеи «одна страна — один народ» заручиться поддержкой полиэтнического населения страны и одновременно напугать русскоязычное сообщество угрозой национализма, проистекающего якобы от оппозиции, и тем самым дискредитировать демократов.

 

Почему напугать? Потому что, видимо, изначально предполагалось, что национал-патриоты выступят против доктрины (не исключено, что их об этом попросили). Понятно, что такой демарш национал-патриотов будет воспринят неказахским населением как угроза национализма. Учитывая, что для казахстанцев эта угроза серьезнее любых социально-экономических проблем, ясно, это заставит людей сделать соответствующие выводы. Мол, лучше уж с этой авторитарной и коррумпированной властью, чем с национал-пат­риотами из оппозиции.

 

Как известно, клин клином вышибают: меньший — большим. В этом смысле доктрина, вызвавшая на себя атаку национал-патриотов, — как раз тот клин, при помощи которого власть пытается выбить клин недоверия к себе, вызванного экономическим кризисом.

 

Теперь о самой доктрине национального единства. Документ с концептуальной точки зрения не содержит абсолютно ничего нового. Основная фишка — понятие «казахстанская нация» — кроме того, что она явилась красной тряпкой, вызвавшей раздражение национал-патриотов, в смысловом плане нового ничего не несет. Все это давно существует и прописано в Конституции.

 

Начнем с того, что в основе ажиотажа лежит терминологическая путаница. Национал-патриоты и иже с ними исходят из архаичного понимания термина «нация» как сообщества людей, объединенных этническими корнями. В доктрине же понятие «нации» применяется в совершенно другом смысле — в соответствии с международной практикой под нацией понимается совокупность граждан одного государства.

 

В этом смысле понятие «казахстанская нация» в доктрине понимается не как новый этнос вместо всех остальных, а как сообщество всех граждан, проживающих в Казахстане. То есть никто ни в коей мере не покушается на право людей быть казахами или русскими. Доктрина предлагает всех казахов, русских и прочих представителей этносов объединить одним общим именем «казахстанцы». И все!

 

Другое дело, зачем это делается так нарочито шумливо, если это уже давно определено Конституцией? Мы без всякой доктрины давно уже единый народ, объединенный общим именем «казахстанцы». «Казахстанская нация» — то же самое, что и «казахстанцы», только вид сбоку. Весь вопрос — с какого боку?

 

Какой Казахстан мы строим?

 

Если исходить из претензий национал-патриотов (а они увидели здесь угрозу этнической идентификации), то весь сыр-бор из-за различного толкования слова «нация». Возможно, поставь авторы доктрины вместо «казахстанской нации» прежнее «казахстанцы», стенания о потере национальной идентификации не возникли бы.

 

Однако не все так просто, как кажется на первый взгляд. Непонравившийся национал-патриотам термин — скорее всего, лишь повод, тогда как причина этого «сыр-бора» гораздо глубже. Доктрина при всей шкурности решаемых властью вопросов своей безопасности поставила в повестку дня основной вопрос общества: какой Казахстан мы строим — казахстанский или казахский?

 

Сегодня с точки зрения Основного закона страны мы живем в казахстанском государстве. В действующей Конституции Республики Казахстан прямо сказано: «Мы, народ Казахстана, объединенный общей исторической судьбой...»

 

Все предельно ясно и понятно. Не казахи, не русские, не уйгуры и прочие этносы, а именно народ Казахстана создал государство под названием Казахстан. То есть государство создано всеми проживающими в стране безотносительно к их этнической принадлежности, и, таким образом, Конституция страны не делит граждан на коренных и диаспоры, на титульных и прочих.

 

Как этот народ называть — казахстанцами или казахами — думаю, не столь принципиально. Если проблема только в этом, то она решается просто: ставим вопрос на референдум, и если большинство за Казахию, а не за Казахстан, то лично я готов называться казахом русского происхождения. No problem!

 

Куда принципиальнее, как при этом будет определяться гражданственность людей — их этническим происхождением (принцип крови) или их проживанием в стране (принцип почвы). А вот тут-то, как я понимаю, единого мнения нет. В стране есть люди, которые считают, что записанный в Конституции принцип гражданственности нужно изменить и определять гражданственность не по принципу «почвы», а по принципу «крови».

 

Это позиция национал-патриотов, которые твердо стоят за строительство этнически казахского Казахстана. Появление доктрины просто актуализировало их позицию, придало ей новый импульс. Это и понятно, так как ее принятие закрепляет внеэтническую гражданственность.

 

По примеру национальных моделей демократических стран предлагается всех проживающих в стране считать единой нацией, притом что каждый сохраняет свою этничность. Если есть французы алжирского происхождения, американцы китайского происхождения, то почему не может быть казахстанца русского происхождения?

 

Однако для национал-патриотов такая формула национальной идентификации неприемлема. Поэтому их реакция — вполне логична. Они против — так и должно быть, на то они и национал-патриоты.

 

Статьи по теме

Это возврат активов или сделка с ворами?

Это возврат активов или сделка с ворами?

More details
Депутат требует запретить банкам, получившим помощь из Нацфонда, выплачивать дивиденды акционерам

Депутат требует запретить банкам, получившим помощь из Нацфонда, выплачивать дивиденды акционерам

More details
Эксперты Комитета против пыток высоко оценивают усовершенствование законодательства Казахстана

Эксперты Комитета против пыток высоко оценивают усовершенствование законодательства Казахстана

More details