FacebookTwitterLivejournalYoutubeFeed


Последние новости


ТОП
 

ak azzattygСкандал с оффшорными фирмами и схемами, названный в СМИ «панамскими бумагами», имеет столь громкий резонанс благодаря международному консорциуму журналистов-расследователей (ICIJ).

О деятельности этой организации и ее интересе к Казахстану нашим читателям в начале января этого года рассказал Акежан Кажегельдин. В связи с новыми, «панамскими», разоблачениями мы обратились к нему за комментариями.

– Акежан Магжанович, что собой представляет ICIJ?

– Действительно, некоторое время назад я вам говорил о появлении такой международной организации. Ее родоначальница – американская НПО «За чистую Америку». Мы касались этой темы, когда впервые появились материалы, связанные с компаниями на Британских Виргинских островах. Тогда организация приобрела большой и громкий опыт, а эффект перерос журналистскую сенсацию, общественность начала давить на свои правительства. Как видно по событиям последних дней, это очень сильно работает в электоральных демократиях. Где политики понимают, что общество на их бездействие ответит тем, что лишит их политических постов. В странах управляемой демократии и в странах, где демократии вообще нет, это работает меньше, но даже там появились новые тенденции, и есть свои подвижки.

Последняя работа этой организации по «панамским бумагам» – ее огромное достижение. Сама организация не раскрывает методов своей работы, хотя и прокомментировала это. В основном она работает за счет пожертвований, которые получает. Давно известна еще одна организация, которая работает вместе с ICIJ, – это «Глобальные свидетели» («Global Witness»), она учреждена правительством Тони Блэра и Джорджем Соросом. Но ICIJ напрямую не финансируется ни одним из правительств. И это видно по тем результатам, которых они достигают, – их последняя публикация коснулась многих правительств и уже породила правительственный кризис в той или другой стране электоральной демократии. Я думаю, это только начало.

– Вы со стороны наблюдаете за работой ICIJ? Или не только?

– Я знаю людей из этой организации, и их деятельность мне очень интересна. Когда я оказался за рубежом, поначалу сфера моей деятельности в основном заключалась в том, что ко мне обращались энергетические компании и финансовые институты, которые были заинтересованы в работе на территории Казахстана. Затем они все столкнулись с тем, что их приглашали «наши» и говорили буквально следующее: «Если мы услышим, что на ваших конференциях в качестве эксперта или докладчика выступает господин Кажегельдин, или узнаем, что вы к нему обращаетесь, то у вас будут проблемы на территории РК». Это факт, могу назвать несколько компаний и банков. Поэтому я искал себе иную сферу деятельности. То, что сейчас происходит, для меня интересно профессионально. Я знаю, как это все работает.

– Тогда вопрос о Казахстане. Пока «панамские бумаги» задели Рахата Алиева и людей, входивших в его окружение, и отдельно от него – его сына Нурали Алиева. Но, насколько я знаю, журналисты сделали лишь «первый заход», и им предстоит куда более глубокое ознакомление с файлами панамской адвокатской конторы Mossack Fonseca. Ждут ли казахстанцев новые разоблачения? Или «панамские бумаги» надо рассматривать шире, чем просто масштабное разоблачение?

– Пользуясь этим случаем, обращаюсь к властям Республики Казахстан, которые не следят за тем, что происходит. Например, Казахстан подписал соглашение о расширении сотрудничества и партнерства с ЕС. Но руководство РК должно понимать, что ЕС принял закон, который требует, чтобы во всех оффшорных компаниях, связанных с гражданами или резидентами ЕС, раскрывался конечный бенефициар. Это раз. Далее, само появление оффшорных компаний – не криминал, если при этом не нарушается закон. Часто этими компаниями пользуются для того, чтобы избежать двойного налогообложения, или когда за проектом стоят инвесторы из разных экономических территорий, к примеру, из Австралии, США, Канады и инвесторы из ЕС. Для этого была проработана и предложена программа под названием UCITS, которая позволяет, например, на территории Ирландии или Люксембурга создавать структуры, позволяющие избегать двойного налогообложения для инвестиционной деятельности. И ирландское правительство очень хорошо воспользовалось этой возможностью. Но все инвесторы, будь то частные или институциональные, входящие в подобный проект, обязаны платить налоги в странах, где они граждане или резиденты. А власти стран, где зарегистрированы такого рода структуры, заранее всех участников предупреждают, что будут ставить в известность налоговые институты этих стран о том, что их граждане на территории Ирландии действуют по программе UCITS и им начислены такие-то дивиденды.

В случае же панамской истории дело даже не только в том, что кто-то пытался не заплатить налоги. В отношении значительной части институтов, зарегистрированных всего лишь одной большой юридической фирмой (представьте, сколько таких в Панаме), речь идет о возможном отмывании денег. Политики в Казахстане, и особенно правительство, должны понимать, что сейчас в других странах и особенно в США после кризиса 2008 – 2009 годов принимаются жесткие меры против этого: страны, чьи валюты – мировые резервные, принимают новые поправки к существующим законам, предусматривающие оправдание доходов и поступлений.

Например, вы пытаетесь спрятать свои капиталы за границей и убедить ту или иную страну, что это ваши 30 процентов какого-то банка. Тогда если у банка капитал – миллиард, то ваши проценты – это 300 миллионов. Допустим, в последние три года банк сгенерировал такую-то прибыль и заплатил в бюджет Казахстана столько-то, и оставшиеся в сумме 150 миллионов поделены между всеми акционерами, из которых ваша часть составляет, условно, 35 миллионов.

Вы с разрешения регулятора, ЦБ РК, вывезли их за пределы страны и хотите разместить в оффшорной компании. Хорошо. Но если вдруг окажется, что у этой оффшорной компании на счетах зарубежных банков находятся деньги, которые поступают не из Казахстана, а из других оффшоров, то у властей этих стран сегодня появляются основания полагать, что имеет место отмывание каких-то денег. Поэтому Казахстану принимаемые и готовящиеся законы хорошо бы обсудить на международной конференции по борьбе с коррупцией и отмыванием грязных денег, которую планируется провести в середине мая в Великобритании. Ее спонсоры – помимо правительства Великобритании еще и правительство КНР, потому что руководство Китая понимает, что один из серьезнейших противников и внутренних врагов, который может сорвать все реформы, – коррупция. Думаю, что в итоге будут приняты дополнительные жесткие меры. Мы впервые видим, что к этой программе будет подключаться Китай, валюта которого все еще не свободно конвертируемая, но чья экономика – огромная площадка для капиталовложений. Мы должны понимать, что это начало очень большой истории, и я хочу еще раз обратиться и к владельцам больших денег среди казахстанцев, и к правительству республики, и непосредственно к Нурсултану Абишевичу Назарбаеву: пора приступить к выполнению одной из задач, объявленных им лично. В программе из ста шагов, где изложены пять институциональных реформ, этот шаг у него идет под номером 13 (не знаю, это случайно или обычное несчастье) – борьба с коррупцией. Этот 13-й шаг надо совершить.

– Примут ли Россия и Казахстан участие в конференции, которую Вы упомянули?

– Не думаю, что РК там будет участвовать, хотя не могу исключить, что республику на конференцию пригласят. Идея созвать конференцию зародилась два года назад на встрече «Большой семерки», потом ее перенесли на «Большую двадцатку», где участвуют большие экономики. Будет там участвовать РФ, не знаю, поскольку точный формат встречи еще не объявлен. Я только знаю, что сейчас идет большая подготовительная работа, и что к этой конференции активно готовятся журналисты-расследователи, которые будут ее использовать для того, чтобы добавить «топлива» и ускорить начатое движение. Не случайно идут разоблачения в сфере руководства банков, причем до такой степени, что слово «банкир» больше не ассоциируется с понятием «солидность». Оказалось, что практически все банки участвовали в подозрительных схемах. Все регуляторы банков уже поставили задачу к 15-16 апреля представить отчеты о том, какова связь ежедневной практики банка с теми документами, которые опубликованы в отношении панамской юридической фирмы Mossack Fonseca. Причем я повторюсь – пока вскрыты лишь 11 миллионов файлов всего лишь одной юридической фирмы.

– Власти Казахстана предложили способ вернуть в страну «нехорошие деньги» – так называемую амнистию капиталов. Это – путь в верном направлении?

– Выведенные из страны незаконно деньги необходимо возвращать. Вполне может оказаться, что если этого не сделать сейчас, то это сделает другое руководство Казахстана. Но я предупреждаю, что тогда денег вернется намного меньше, чем могло бы вернуться сейчас. Даже в США уже обсуждается подобный вопрос, и соответствующее предложение вброшено в избирательную кампанию. Предлагается на какой-то период отойти от жестких наказаний и предложить инвесторам вернуть деньги в страну, заплатив штрафы, но сохранив за ними владение этими день-гами. Когда власти обнаруживают эти деньги сами или с подачи журналистов, или в результате утечки (американцы очень сильно материально поощряют внутренние источники информации, которых они называют «свистунами»), то капиталы конфискуются, а сами люди теряют свободу. Но это не та схема, которую предлагают президенту у нас в стране – заплатите 10 процентов из вывезенного, а остальное оставьте себе там.

Такой подход может временно устроить господина Каримова или даже Нурсултана Абишевича, но не будущих граждан Казахстана. Я абсолютно уверен – казахстанцы будут требовать возвращения в страну всех незаконно выведенных денег. Примеры подобного требования есть не только в Китае (там это осуществляется жестко и, к сожалению, даже заканчивается расстрелами) – Москва недавно сообщила о том, что создает специальный орган для того, чтобы взяться за возвращение денег. Я думаю, там понимают, что иначе такие деньги не просто останутся за рубежом, но могут быть конфискованы. Есть другой пример – это то, что пока робко, но делает руководство Украины. Оно создает специальный орган, который гармонизирует свои законы с ЕС. Уже имеются замороженные украинские деньги за рубежом, и те, кто думал, что эта беда их не коснется, и они отсидятся, ошиблись – это лишь вопрос времени. Важно понимать, что за рубежом проживает очень много казахстанцев, которые сейчас создают инициативные группы, и в будущем хотят бороться за то, чтобы эти деньги не пропали для страны. Я это знаю не понаслышке.

– Почему тогда казахстанские журналисты не участвуют в работе консорциума журналистов-расследователей?

– Казахстанские журналисты живут в трудных условиях, и заниматься подобными разоблачениями для них очень опасно, много людей пострадало. Вы хорошо знаете, что в конце 1990-х – начале 2000-х стараниями генералов Мусаева и Алиева из страны уехало минимум четыре десятка журналистов. Я это знаю, потому что некоторым из них мои коллеги помогали не просто уехать, но и устроиться на новом месте. Многие из них продолжают работать журналистами, многие потеряли эту работу. Кстати, очень много подобными расследованиями занимались Загранбюро казахстанской оппозиции и его руководитель Серик Медетбеков.
– Громкие международные скандалы, связанные с большими деньгами, выведенными из страны, – отнюдь не прерогатива одного Казахстана в Центральной Азии. В Европе нашумела история Максима Бакиева, сына экс-президента Киргизии, продолжается история с деньгами группы Гульнары Каримовой, дочери узбекского лидера. «Панамские бумаги» их обошли стороной?

– Вы упомянули семью Ислама Абдуганиевича. У истории, которую Вы имеете в виду, есть казахская сторона, которая в прессе пока не освещена. Ведь скандинавские компании, какие-то с участием «Вымпелкома», какие-то без этого участия, получали частоты на территории всех бывших республик СССР. Эта история когда-то обязательно всплывет в Азербайджане, возможно, в Туркмении, но наверняка в Казахстане она всплывет в ближайшее время. Эта история имеет прямое отношение к нынешнему премьер-министру Казахстана, который с осени 2015 года ездит по миру, по Юго-Восточной Азии, пытаясь структурно переоформить прежние сделки.

Я хочу предупредить: это бесполезная трата денег и времени. Если он таким образом пытается успокоить политическое руководство страны, что вопрос под контролем, это не так. Этот вопрос уже не под контролем правительства Казахстана. В случае с продажей доступа к казахстанским частотам мобильной связи наши умельцы прибегали к созданию компаний в бедных азиатских странах – как к прикрытию для коррупционных платежей. Открыли компанию, инвестировали в нее немного и продали за сотни миллионов. В наивной уверенности, что никто не сообразит, что это только для прикрытия. Но любое расследование легко покажет, что разница между реальной стоимостью карликовой компании и ее огромной ценой – это взятка. Но! Этим пусть занимаются правоохранительные органы. Я же только хочу обратиться к Нурсултану Абишевичу, который недавно создал структуру по борьбе с коррупцией, которую в народе называют финполом. Пусть она займется реальным делом, о котором я сказал выше, и оставит в покое журналиста Сейтказы Матаева. А граждане, живущие за рубежом, вам в этом деле помогут. И это – большие деньги.

– Журналистские расследования, касающиеся оффшоров и вообще денежных схем, сейчас больше в ходу, чем расследования структур террористических организаций, хотя последние наверняка используют и оффшоры, и «грязные деньги» олигархов, поскольку те часто хотят влиять на политику неполитическими методами. Однако расследования финансовых афер – самоокупаемы для тех, кто их проводит, а криминальных – не всегда. Есть ли сейчас планы все-таки собрать оба тренда под общей крышей?

– Я не хочу сразу все рассказывать. Панамская история будет иметь много продолжений. Обратите внимание на публикации о том, что эта юридическая компания в Панаме нарушала международные санкции. И что она всячески помогала странам, официально находящимся в изоляции, с согласия ООН скрывать деньги. В том числе властям Северной Кореи. Далее, существует так называемый «сирийский метод» операций большими деньгами, для того чтобы обходить международные санкции и финансировать политическую деятельность, в том числе за рубежом. Но я не журналист и не следователь, а это уже их работа.

Виталий ВОЛКОВ эксперт по Центральной Азии в Германии, специально для «Новой» — Казахстан», 14.04.2016