dubnov azattykЕлбасы постоянно, раз за разом, из года в год, вынужден выбирать наименьшее из зол, стремясь подвигнуть страну в счастливое будущее

Не везет Казахстану с парламентом. То его приходится разгонять, то он сам вынужден распускаться. А еще и того хуже - окажется однопартийным. Разумеется, в таком парламенте не до дискуссий.

 

Такая ситуация, как известно, больше всего не нравится елбасы. Она ставит его в неловкое положение: страна под его руководством движется к демократии, а парламент тормозит. Как было это год назад, к примеру, когда парламент уже принял закон о проведении референдума по вопросу продления президентских полномочий. Депутаты, разумеется, действовали из самых лучших побуждений, хотели сэкономить народные деньги на проведение выборов Назарбаева. Но он не позволил им измываться над демократией, правом на свободное волеизъявление, над конституцией, наконец. Демократия вообще, как утверждают, — дело дорогое.  А один известный циник, попыхивая сигарой, однажды даже заметил, что демократия – вообще не самый лучший способ правления. Потом сделал еще одну затяжку и добавил, мол, остальные еще хуже.

 

Но, кажется, одно время в Казахстане сомневались, что это так. В Акорде уверяли, что сначала нужно создать экономический базис, а уж потом думать о политических реформах. И долго бы еще так думали, что нужно «думать потом», если бы не захотели показать миру, какой уже мощный базис создали. Взяли и предложили себя в качестве председателя ОБСЕ. Запад думал-думал, репу чесал-чесал — ну как тут откажешь — и согласился. Но только попросил Акорду в качестве аванса продемонстрировать демократические перспективы. Деваться было некуда, пришлось соглашаться.

 

И тут начались сбои. Так далеко зашла страна в строительстве экономического базиса, что об этих перспективах казахстанские жители могли слышать только из научно-популярных передач типа «невероятное случается». Одним словом, разучились сами строить нужные перспективы.

 

Вынужден был вмешиваться сам президент. Он постановил учиться демократии, обязал впредь парламенту быть, как минимум, двухпартийным. И, чтобы поскорее начать стране жить по-новому, разрешил депутатам в очередной раз «умножить себя на нуль» и объявил досрочные парламентские выборы.

 

Тем временем где-то там, далеко на западе, «неприятные» адайцы и прим-кнувшие к ним оралманы который месяц продолжали мутить воду и дер-жать забастовку. Верные президенту люди, похоже, докладывали ему, что беспокоиться особенно нечего, побузят и перестанут. «Все под контролем»,  — наверное, так ему докладывал глава президентской администрации господин Мусин.

 

Понятное дело, верил ему елбасы как самому себе, а может, даже больше...

 

Нет, это, конечно, перебор...

 

Одним словом, не ездил президент сам в этот Жанаозен, не царское это дело. Не ездил туда разбираться, кто виноват и что делать, и зять его, ответственный за всю нефтянку в стране.

 

А когда приехал елбасы туда и устроил разбор полетов, отстранил от этой нефтянки  зятя к радости его многочисленных недругов (и кто знает, может, и к радости самого зятя, уставшего носить на себе костюм преемника...), то страна, поди, вздохнула с облегчением — в дом вернулся хозяин. До демократии ли тут...

 

К чему все это, хорошо известное, излагаю? Да к тому, что, глядя издалека, постоянно складывается впечатление, что в отношениях елбасы с его челядью и народом он выглядит этаким одиноким защитником конституции и демократических ценностей, а все вокруг него - ярмом на шее и кандалами на ногах. Гнут, мешают и стреножат.

 

В результате он постоянно, раз за разом, из года в год, вынужден выбирать наименьшее из зол, стремясь подвигнуть страну в счастливое будущее. Эффект приблизительно такой же, как у барона Мюнхгаузена, пытавшегося вытащить себя из болота, хватаясь за свои волосы.

 

Так выглядит и сейчас. За пять дней до выборов президент осадил председателя Конституционного совета, вполне резонно допустившего невозможность проведения свободного волеизъявления в ходе голосования в Жанаозене в условиях чрезвычайного положения. Того самого, чье действие на период выборов продлил сам елбасы во избежание разогрева предвыборных страстей до уровня новых беспорядков. А еще упреждая возможные беспорядки во время близящегося отмечания 40-дневного траура по погибшим 16 декабря.

 

Ну кто в подобных обстоятельствах поверит, что елбасы допускал возможность проведения выборов в Жанозене. Однако, когда у жителей города обнаружились «озабоченность и беспокойство» ввиду ограничения их избирательных прав, президент наложил вето на решения КС. Разумные и вполне вменяемые члены КС не стали настаивать на своей принципиальности и отказались от преодоления вето.

 

Vox populi он и в Казахстане глас народа!

 

Таким образом, Нурсултан Абишевич Назарбаев в очередной раз оказался перед трудным выбором, и он сделал его в пользу народа. Но надо отдать должное и его челяди: если бы не она, постоянно игнорирующая волю народа, мог бы елбасы так выразительно выглядеть его единственным защитником...

 

Аркадий ДУБНОВ, обозреватель «Московских новостей», специально для «Новой» — Казахстан»