Джеймс Доран раскрывает причину того, почему бизнес предпочитает держаться подальше от Казахстана

 

 

Тяжело раненый мужчина лежит на тротуаре оживленной улицы в фешенебельном районе бывшей столицы Казахстана Алма-Ате. В него стреляли 6 раз, однако по счастливой случайности он остался жив. На расстоянии нескольких футов от него лежит автоматический пистолет с глушителем и горсть стреляных гильз.

 

Это вовсе не кадр из последнего боевика о Джеймсе Бонде. Это реальность, с которой сталкиваются рядовые граждане стран Запада, пытающиеся вести бизнес в Казахстане. Это нападение имело место лишь неделю назад. Произошло оно возле отеля, популярного среди западных бизнесменов, посещающих Казахстан. Жертвой нападения стал гражданин Южной Африки, работавший менеджером в расположенной в Алма-Ате компании "Промтехсервис", занимающейся технологическими разработками. Когда об этой стрельбе стало известно, власти Казахстана выглядели потрясенными. Министр внутренних дел Каирбек Сулейменов пообещал взять расследование под свой личный контроль.

 

Однако работающие в Казахстане источники служб безопасности Великобритании и США считают, что озабоченность властей по этому поводу – лишь притворство. "Конечно, он не возьмет расследование под свой личный контроль", - сообщает британский источник. "Во вверенном ему департаменте, возможно, уже известно, кто это сделал. Возможно, кому-то в министерстве уже заплатили за то, чтобы этот расстрел имел место".

 

По его словам, это не первый случай подобного нападения на западного бизнесмена в Казахстане. В Алма-Ате, финансовом центре крупнейшей в Центральной Азии бывшей советской республики, такое откровенное насилие все же редкость. Однако в отдаленных регионах, особенно на западе, где на дне Каспийского моря залегают миллионы баррелей нефти, ни один состоятельный гражданин западной страны не выходит на улицу без охраны.

 

Исполнительный директор компании "Груп 4 Секуритас" в этой стране, Дон Мак-Леод, думал открыть здесь бар вместе с друзьями, когда впервые прибыл сюда. "Мы хотели назвать его Dikki Vostok - "Дикий Восток", так это звучит по-русски", - с усмешкой говорит бывший полковник канадской армии.

 

Вместо этого Мак-Леод и многие другие граждане западных стран собираются в барах "Мэд Мерфис" и "Дублин", двух эрзац-ирландских пабов в Алма-Ате.

 

Если права поговорка, что к определенному возрасту человек обретает то лицо, которого он заслуживает, то завсегдатаи этого бара выглядят как группа прожженых воротил, которые привыкли жить на крае цивилизации и рыночной экономики, а также к длительным, сопровождающимся обильными возлияниями, переговорам с местной мафией.

 

Высшие руководители американских нефтяных компаний стоят у стойки бара вместе с горными предпринимателями, золотопромышленниками, шпионами (как от корпораций, так и от правительства), разумеется, в сопровождении куртизанок. Атмосфера в баре такая же дикая, как и бизнес, который они ведут.

 

Но у них есть общие проблемы. Те же проблемы, что привели к постоянному оттоку бизнеса и людей из Казахстана начиная с первоначальной лихорадки 1995 г.

 

По словам одного бизнесмена, в стране было около 2 миллионов немцев, а сейчас осталось немногим более 200000.

 

Целые сектора экономики создавались и распадались. Чаще других закрывали свой бизнес компании, специализирующиеся на энергоресурсах. Последней из прекративших свою деятельность стала британская компания "Интернэшнл Пауэр". А история потери 250 миллионов долларов (175 миллионов фунтов) компанией "Трактебель" стала притчей во языцех среди завсегдатаев "Дублина". Американская энергетическая компания АЕС грозится свернуть свой бизнес, как и французская компания "Вивенди", которая пытается установить свое присутствие через "Водоканал" г. Алма-Аты.

 

Охранный бизнес Мак-Леода – одно из немногих видов деятельности, после нефти и газа, который процветает.

 

Мак-Леод сидит в своем маленьком офисе в центре Алма-Аты в окружении двух главных сотрудников фирмы – тихого и непритязательного казаха по имени Слям Исабаев и крепко сбитого, русского на вид Жакена Марденова. Как и в случае с перестрелкой, оба как будто сошли со страниц романа Яна Флеминга.

 

Жакен – бывший генерал-лейтенант КГБ и бывший глава КНБ, казахстанского отделения советской службы безопасности. Слям был генералом МВД и некогда входил в состав высших руководителей Министерства внутренних дел - еще один эвфемизм для обозначения тайной полиции.

 

"Эти люди необходимы мне и нашим клиентам. Они открывают двери. Их имена по-прежнему вызывают уважение в правительственных кругах и среди менее привлекательных элементов общества", - говорит Мак-Леод.

 

Мне говорят, что, когда меня неизбежно остановит в массе своей коррумпированная полиция и потребует документы и 500 тенге, мне достаточно будет показать визитные карточки Жакена. "Посмотрите после этого на их лица", - удовлетворенно смеется Мак-Леод.

 

Слям открывает двери в правительственные структуры для клиентов "Группы 4". Дело Жакена – "все остальное", от проверки контактов местного бизнеса и посредников до понимания того, как работает общество в целом. Поскольку он бывший начальник КГБ, его дело – информация. "Мы как Святая Троица. Бог любит троицу", - говорит Жакен.

 

"После России и США Казахстан занимает всего лишь третье место в мире по организованной преступности. Если они делают бизнес в Америке, они могут делать его и в Казахстане", - шутит он.

 

Другие сотрудники "Группы 4" - также бывшие чины КГБ и КНБ. Среди них по прежнему сильна преданность их бывшему боссу.

 

Каждому бизнесмену здесь есть что рассказать про взятки, которые он давал местным чиновникам. Но все не советуют этого делать, и утверждают, что взяток не дают. Жакен рассказывает: "Если клиент говорит, что у него просят взятку, мы говорим ему не давать. Просто сказать мне или Сляму". Он ударяет по столу. "Если только у тебя есть деньги, тогда мы разделим их между собой", - смеется он.

 

В компании считают, что деловой климат в Казахстане с каждым днем все больше становится похожей на Запад. Жакен заканчивает свои разоблачения цитатой из Карла Маркса: "Жизнь есть борьба, и мы должны пройти через эту борьбу. Выживет только сильнейший".

 

Но они могут предложить клиенту только такую защиту, и поэтому компании уходят из Казахстана. На национальном уровне в стране отсутствует законодательство, которое позволяло бы осуществлять нормальную деловую деятельность по западному образцу. И если даже такое законодательство появится, его вскоре изменят в обратную сторону под давлением так называемых местных интересов.

 

Вадим Зверьков, вновь назначенный председатель Комитета по инвестициям министерства иностранных дел Казахстана, считается человеком умеренным и прогрессивным (по сравнению со своими предшественниками). Но он собирается ввести ряд новых законов, которые положат конец тем налоговым и таможенным льготам, которые пока действуют для западных бизнесменов.

 

Действующие сегодня законы были изначально призваны поощрять крупные нефтяные компании приходить в страну и разрабатывать обширные каспийские месторождения. И эта политика работала.

 

В стране 4 крупных нефтяных и газовых месторождения и еще три больших на Каспийском шельфе - Тенгизское, Крачаганакское и Узенское. Запасы нефти в них составляют половину добычи нефти Казахстана.

 

По различным оценкам, новое Кашаганское нефтяное месторождение в северной части Каспия является крупнейшим из всех, открытых за последние 25 лет. Однако желающие разрабатывать его должны были отдать 100 миллионов долларов на развитие газового месторождения Амангельды и еще 35 миллионов заплатить в государственный бюджет в качестве бонуса.

 

Если разработка Кашаганского месторождения окупится, а все сходятся на том, что она окупится, "Шелл" и британская компания "БиДжи", итальянская "Аджип", французская "Тотал", американская "Мобил" и американо-японский консорциум "Филипс-Инпекс" будут преуспевать долгие годы. Однако Зверьков объявил, что с конца апреля казахстанские компании будут иметь такие же налоговые и таможенные льготы, что и иностранные компании, и что вновь прибывших уже не будут встречать открытые нараспашку двери. Он сказал также, что политика, предусмотренная предшествующим законодательством, нанесла большой ущерб бюджету Казахстана.

 

Более того, закон, заставляющий иностранные компании максимально пользоваться услугами казахских компаний и поставщиков сырья, станет еще более строгим в этом отношении, хотя мало какие из местных предприятий в состоянии удовлетворить потребностям в услугах или строительстве производственных мощностей таких компаний, как "Шелл" или "Шеврон".

 

Шесть лет (с 1993 по 1999) сеть ресторанов быстрого обслуживания "МакДональдс" провела за переговорами со Зверьковым о том, быть ли ей в Казахстане.

 

По словам Зверькова, "МакДональдс" отказался от этой идеи по той причине, что не может найти в Казахстане поставщика продукции. Однако истинная причина в большей степени связана с тем, что заставляет всякий бизнес, кроме нефтяного или газового, держаться подальше от Казахстана.

 

Вместо этого в Казахстане есть компания "МакБургер", в которой подают много баранины и рыбы. Этот желто-красный "МакБургер" принадлежит местному бизнесмену.

 

В прошлом году министр торговли США Дональд Эванс представил отчет по Казахстану после того, как казахстанские бизнесмены потребовали, чтобы их стране был придан статус страны с рыночной экономикой.

 

Однако в отчете был сделан вывод о том, что Казахстан не может претендовать на такой статус по тысяче причин. Не последними среди них названы высокий уровень коррупции среди государственных чиновников, усиление контроля президента Нурсултана Назарбаева, его жены, дочерей и зятьев над практически всеми видами экономической жизни в стране, а также отсутствие законодательства, обеспечивающего контроль над ценами и тарифами.

 

В отчете также говорится: "Те же причины, по которым граждане Казахстана лишены полноценной защиты своих прав, - а это действия авторитарного режима, не знающего разделения властей, политический контроль над судебной системой и полная бесконтрольность государственных органов, - также лишают и зарубежных инвесторов всяких гарантий того, что их контракты будут реализованы, а также защиты против произвольной конфискации.

 

Не защищены против коррупции в правительстве даже нефтяные компании. В 1990-х годах "Мобил" и "Амоко", ныне часть "Бритиш Петролеум", заплатили за получение прав на казахскую нефть миллионы долларов. В настоящее время министерство юстиции США полагает, что большая часть этих денег осела в оффшорных зонах на банковских счетах, к которым имеют отношение Назарбаев и его родственники.

 

Данные обвинения, похоже, подкрепляются сведениями, которые корреспондентам агентства новостей AFX News предоставил Акежан Кажегельдин. По этому делу, получившему название "Казахгейт", продолжается расследование. Президент и его окружение отрицают все выдвигаемые против них обвинения.

 

Это дело похоже на историю с "Трактебель", бельгийской энергетической компанией, обвиненной в даче взятки в размере 55 млн. долларов трем крупнейшим казахстанским посредникам.

 

Эти трое контролируют солидную часть компаний, связанных с добычей и производством минерального сырья и металлов, и знают свои ходы и выходы в коридорах власти.

 

В отношении них бельгийские власти до сих пор ведут расследование. Точно также они отрицают наличие у них каких бы то ни было связей с организованной преступностью, а также иное происхождение их доходов кроме легального.

 

А в баре "Мэд Мерфис" устроили викторину. Группа из Европейского банка по реконструкции и развитию выдает ведущему игры 1500 тенге в обмен на место в финале игры по типу "Слабое звено".

 

Тот, кто в конце концов вышел из этой игры победителем, не смог назвать королеву фей из шекспировского "Сна в летнюю ночь", однако сумма в 500 тенге дала ему возможность подсмотреть ответ. Вокруг раздаются крики: "мухлеж!".

 

Энди, сотрудник британского посольства в моей команде, делает вывод: "В Казахстане значение имеет не участие в игре, а то, кому ты платишь. И даже тогда ты можешь проиграть".

 

Таймс (Лондон),