kashaganskНе так давно министр энергетики Канат Бозумбаев в очередной раз заявил о перспективности развития кашаганского проекта.

Как известно, еще с конца 90-х годов Кашаган называли «проектом века» для Казахстана. Казалось, что после его запуска на республику обрушится дождь из нефтедолларов. Но Кашаган запущен, а все те радужные перспективы, которые описывали ранее, так и остались нереализованными.

Во время заседания Всемирного нефтяного совета в Астане, заместитель управляющего директора международного консорциума North Caspian Operating Company (NCOC) разработчика Кашагана Жакып Марабаев сообщил, что с момента начала добычи нефти на месторождении, то есть с 2016 года, консорциум добыл 7,8 млн тонн нефти, 5,6 млрд кубометров газа и 880 тыс. тонн серы. Нынешний уровень объема добычи нефти составляет 340-350 тыс. баррелей в день.

В кулуарах заседания ВНС министр энергетики Казахстана Канат Бозумбаев сообщил, что суточная нефтедобыча на месторождении Кашаган достигнет 370 тыс. баррелей уже в текущем году. При этом консорциум планирует развивать и осваивать новые месторождения шельфа.

«Наша компания изучает возможности дальнейшего роста, включая экспансию как на суше, так и на островах. Это может нас завести дальше проектных мощностей первой фазы Кашагана, то есть до уровня 450 тысяч баррелей в сутки», – сказал Жакып Марабаев.

Наиболее перспективными считаются такие проекты, как Каламкас и Хазар, их запасы оцениваются в 70 млн тонн нефти и свыше 9 млрд кубометров газа.

Оправданно ли решение развивать новые месторождения шельфа в условиях нестабильности цен на нефть и неясности перспектив этого ресурса уже в ближайшем будущем.

Сланцевики все более активны на рынке нефти и, так сказать, отбирают хлеб у обычных нефтяников. Казахстан потратил огромные суммы на Кашаган, но оправдались ли инвестиции? Имеет ли смысл международному консорциуму развивать освоение шельфа в нынешних условиях. Можно ли сказать, что кашаганский проект провалился?

Об этом мы поговорили с экспертами.

Андрей Кочетков, аналитик компании «Открытие Брокер»: «В мире уже не осталось новой дешевой нефти, поэтому все новые проекты будут дороже предыдущих»

Проект Кашаган является одним из самых дорогих за последние 15 лет. Проблемы в первые годы разработки месторождения привели к значительному росту объема инвестиций, что отодвинуло сроки окупаемости на отдаленную перспективу.

Конечно, прекращать проект на текущем этапе смысла нет, но есть большая логика в том, чтобы воздержаться от новых вложений с ориентиром на возможные высокие цены на нефть в ближайшие десятилетия.

Основные прогнозы говорят о том, что пик потребления нефти придется на начало 2030-х годов. После этого ожидается стагнация, или даже спад спроса. В соответствии с этим имеет смысл придержать большие затраты, которые явно не отвечают интересам производителей. Если же цены будут оставаться высокими, то к вопросу увеличения инвестиций можно вернуться при более благоприятной ситуации на рынке.

Меж тем, на текущий момент более рациональным было бы планирование проекта с учетом сокращения времени окупаемости, что благотворно сказалось бы и на экономике Казахстана. Естественно, что многие нефтяники с некоторой завистью смотрят на сланцевых производителей США, но их пример эффективности не столь очевиден, как это могло бы показаться с первого взгляда.

Многие сланцевые проекты остаются убыточными, как по причине высокой себестоимости, так и по причине высокой стоимости финансирования. Существенная доля сланцевиков использует рынок мусорных облигаций для обеспечения своей деятельности.

По этой причине мы и наблюдаем весьма неоднозначную политику американской администрации в области энергоресурсов. Фактически, США, декларируя свою приверженность дешевой нефти, делают всё, чтобы поднять цену на данный ресурс.

Подобная позиция поддерживается и традиционными производителями, расходы которых растут. В мире уже не осталось новой дешевой нефти, поэтому все новые проекты будут дороже предыдущих.

Соответственно, производителям стоит задуматься о том, чтобы переключиться на более короткие горизонты планирования.

Если же мировая экономика не готова платить соответствующую цену за нефть, то и производителям не стоит напрягать свои финансовые ресурсы в надежде на будущий спрос. На текущий момент месторождение Кашаган достаточно неплохо освоено и обустроено необходимой инфраструктурой.

Поэтому можно какое-то время заниматься добычей освоенного объема залежей, а не наращивать свои потенциальные возможности за счет прибыли на текущий момент. Если же придёт время дорогой нефти, то инвесторы сами придут в Казахстан, чтобы освоить потенциальные запасы.

Соответственно, сегодня стоит сосредоточиться на том, чтобы обеспечить финансовую отдачу от вложений в объеме более $55 млрд. Это, как минимум, улучшит государственные финансы самого Казахстана и повысит устойчивость проекта в среднесрочной перспективе.

Совершенно не требуется быть впереди планеты всей по затратам на перспективную добычу, если даже в арабских странах, которые обладают менее трудоемкими запасами, не торопятся с масштабными инвестициями.

Вернется дорогая нефть – вернуться и деньги, а пока лучше зарабатывать на том, что уже есть, пока потребитель не торопится выражать готовности разделять риски окупаемости вложений.

Ярослав Кабаков, директор по стратегии ИК «ФИНАМ»: «Не стоит переоценивать влияние Кашагана»

Цены на нефть весьма волатильны, поэтому ориентироваться только на них не имеет смысла. Да, их можно брать в расчет при подготовке будущей деятельности, для прогнозирования показателей проектов, но основным является спрос на нефть.

Он гораздо важнее для отрасли и мировой экономики в целом, именно его нужно брать в расчет в первую очередь, и пока потребности в ней на планете весьма велики и вряд ли стоит ожидать кардинальных изменений в ближайшие годы, даже десятилетия.

Нефть используется и как топливо, и как ценнейшее сырье для производства тысяч товаров, и пока ее заменить нечем, ведь та же сланцевая нефть, она хоть и сланцевая, но в первую очередь – нефть.

Разработка и добыча на Кашаганском месторождении, несомненно, необходима. Во-первых, в условиях истощения добычи нефти в мире, новые крупные месторождения имеют важнейшее значение для обеспечения потребностей глобальной экономики, так что владеть таким месторождением и не разрабатывать его – неверно, тем более что конкуренцию с другими нефтедобывающими странами никто не отменял.

Во-вторых, добыча полезных ископаемых составляет значительную долю ВВП республики, во многом формирует ее бюджет, проект создал большое количество рабочих мест в экономике страны, поэтому разрабатывать месторождение было необходимо.

В-третьих, работа на данном участке недр привлекла в республику иностранных инвесторов, причем не только в ТЭК, но и в другие отрасли, способствовала передаче ей передовых, зачастую уникальных технологий, помогла наработать большой опыт по добыче нефти, в том числе на шельфе, который может быть востребован как внутри республики, так и в других странах.

Так что необходимость разрабатывать Кашаганское месторождение очевидна, и совершенно правильно, что два с лишним десятилетия назад было принято именно такое решение.

Что касается экономики республики, то не стоит переоценивать влияние Кашагана на нее, и ждать, что экономическая ситуация во всей республике улучшится только лишь от деятельности одного месторождения.

В стране есть и другие месторождения нефти и газа, много самых разных отраслей и их вклад в экономику тоже значительный, и если в какойто из отраслей упал спрос на продукцию или усилилась конкурентная борьба, то в этом нисколько не виновато Кашаганское или любое другое нефтяное или газовое месторождение.

Кашаган, как было сказано, уже сделал многое для страны, в том числе и для других отраслей, и еще многое сделает. Так что он, конечно же, важен для всего государства.

Нет ничего сверхъестественного в том, что подготовка к полноценной работе заняла много времени, ведь месторождение имеет огромные размеры, оно отличается повышенной сложностью, непростыми климатическими и геологическими условиями.

Так что неверно было бы ждать, что все будет сделано быстро и начнется привычная во многих странах мира добыча углеводородов. Важно и то, что участники проекта, серьезные международные компании продолжают участвовать в нем, они верят в успех, так что нужно продолжать работу на Кашаганском месторождении, это принесет выгоду и им, и республике.

Дмитрий Лукашов, аналитик IFC Markets: «При котировках Brent на уровне $50 и ниже, разработка Кашагана вряд ли принесет заметные поступления»

Кашаган является наиболее крупным нефтегазовым месторождением в казахстанском секторе Каспийского моря. В этом смысле он представляет огромный интерес как для Казахстана, так и для иностранных инвесторов.

Именно в этом и заключается залог планомерной работы оператора проекта – North Caspian Operating Company (NCOC), несмотря на все трудности и расходы.

В прошлом году на Кашагане было добыто 8,3 млн тонн нефти или примерно 10% от ее общего производства в Казахстане. В этом году планировалось увеличить добычу до 10,8 млн тонн, но из-за ряда аварий, в реальности, она может и не достигнуть этого уровня.

Тем не менее, я полагаю, что промышленное освоение Кашагана осуществляется вполне успешно, несмотря на большие задержки в сравнении с ожидаемыми сроками и увеличение расходов.

Главное, что промышленная добыча нефти уже началась. Это и является залогом окупаемости проекта в будущем и его выход в прибыль.

При этом можно отметить и негативный фактор. Как известно, Кашаганское месторождение разрабатывается на условиях соглашения о разделе продукции. Оно подразумевает, что добытая нефть разделяется на кост-ойл и профит-ойл. Первая часть добываемого объема идет на компенсацию расходов инвесторов, и лишь вторая часть формирует доход.

При низких мировых ценах на нефть он может отсутствовать. Разброс оценок порога рентабельности Кашагана в зависимости от нефтяных котировок достаточно широк. Ранее представители «КазМунайГаза» называли отметку $100 за баррель, а инвестбанк Goldman Sachs – даже $120–130 за баррель.

Недавно Министерство энергетики Казахстана предположило, что и цена нефти в $75 может оказаться приемлемой. Вне зависимости от точных цифр, очевидно, что при котировках Brent на уровне $50 и ниже, разработка Кашагана вряд ли принесет заметные поступления в государственный бюджет.

Остается надеяться, что нынешние цены в районе $80 за баррель сохранятся надолго и станут успешным залогом развития как Кашагана, так и всей нефтяной отрасли Казахстана.

Анна Кокорева, заместитель аналитического департамента инвестиционной компании «Альпари»: «Бросить проект – это выбросить $50 млрд на ветер»

Надо сказать, что цены на нефть уже не падают, а растут и как раз этот рост дает проекту шанс на развитие, так как экономика проекта и рентабельность оставляют желать лучшего, но при стабильно высоких ценах в районе $80-85 за баррель, разработка имеет экономический смысл.

Конечно, Кашаган очень сложный проект, это было понятно изначально, но многие проблемы вскрылись в процессе работы. Боком инвесторам вышла экономия на оборудовании, которое сейчас стало причиной серьезных проблем. Ухудшило ситуацию падение цен на нефть. В итоге с учетом всех сложностей добыча на месторождении началась только в 2016 году и объемы ее весьма скромные.

Бросать проект сейчас нельзя, его нужно оптимизировать, это вновь потребует материальных вложений, но консервировать разработку на текущем этапе глупо, когда консорциум только получил опытные данные и может действовать из практических результатов, а не теории, как было до этого.

Бросить проект – это выбросить $50 млрд на ветер. Говорить о провале проекта пока рано, если консорциум поменяет геолого-техническую модель, заменит оборудование на современное и подходящее для работы в суровых условиях Кашагана, то, вероятно, отдачи от проекта будет больше.

Да и рынок нестабильный – цены то растут, то падают. Возможно, проект развивался куда лучше при стабильном валютном курсе и высоких ценах.

Central Asian Monitor, 19.10.2018

 


  

 Copyright © 1997 - 2019  IAC EURASIA. All Rights Reserved.    EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom.