Невольный узник отчизны.

Третий год сидит в тюрьме Арон Атабек, защитник микрорайона Шанырак. В октябре 2007 года он был приговорен Алматинским городским судом к 18 годам тюремного заключения. Большие сроки получили другие защитники Шанырака. Судьи, как водится в суверенном Казахстане, были глухи к доводам обвиняемых и их адвокатов. Великий народ Казахстана равнодушно позволил власти жестоко расправиться с одним из самых принципиальных борцов с несправедливостью, которому в конце месяца исполняется 56 лет.

Неизвестный Арон

Арон Атабек (Едигеев) родился в январе 1953 года в Астраханской области, учился в школе-интернате в Калмыкии, в городе Элисте. Его отец Кабыш, осужденный в 1943 году на 10 лет сталинских лагерей, отбывал срок под Якутском. Работая на зоне бухгалтером, он познакомился с осужденными «врагами народа» – скрипачом Айткешем Толганбаевым, соратниками Мустафы Чокая контрразведчиком «Туркестанского легиона» Ароном Койшибаевым, главным редактором газеты «Яш Туркестан» Хамзой Абдуллиным.

Вернувшись из лагерей в 1952 году, Кабыш назвал своих сыновей в честь братьев Койшибаевых – Арона и Рашида. Именно отец привил сыновьям редкостную независимость в суждениях, страстную любовь к родному Казахстану и неуемную жажду справедливости. «Умереть за Казахстан!» – это были не просто слова, бросаемые на ветер. Независимость Казахстана стала путеводной звездой для Арона с 9 класса школы.

С 1971 года он гражданин Казахстана. Перевелся на учебу в КазГУ, окончил в 1974 году факультет казахского языка и литературы. Учился в аспирантуре на кафедре тюркологии и монголистики Ленинградского государственного университета. Работал в Госкино, редактором в издательстве «Мектеп», преподавателем в вузах Алма-Аты.

В удушающей атмосфере советского времени его рассудок категорически не принимал диктат в любой форме. И когда в 1986 году казахская молодежь в Алматы вышла на декабрьскую площадь, среди них был Арон. Одним из последних он прорвался сквозь заградительные отряды карателей на рассвете 19 декабря.

После этого вынужден был уехать в аул, где работал учителем в сельской школе-восьмилетке, фактически в изгнании. Наездами бывал в Алма-Ате, встречаясь с теми участниками декабрьских событий, которые избежали репрессий. В общении, дискуссиях, размышлениях рождались мысли о возрождении традиций национально-освободительного движения.

Весной 1989 года Арон Атабек написал письмо I Съезду народных депутатов СССР: «Требования казахских национал-патриотов», в котором призывал к пересмотру политической оценки событий Декабря 1986 года и освобождению желтоксановцев, а также ставил вопрос о предоставлении суверенитета Республике Казахстан. Под письмом поставили подписи Сафуан Шаймерденов, Абдижамил Нурпеисов, Абдуали Кайдаров, Фариза Онгарсынова, Мекемтас Мырзахметов. Послание было доставлено в Москву депутатам Олжасу Сулейменову и Мухтару Шаханову, которые в своих выступлениях на съезде опирались на содержание письма.

В это же время Арон Атабек создал историко-этнографическое общество «Жеруюк». Как директор общества, он подал в Алматинский горисполком заявление с просьбой разрешить провести на Новой площади ас (поминальную тризну) в память о жертвах декабрьских событий. Ему отказали. Более того «Жеруюк» закрыли, на Арона завели уголовное дело. Его впоследствии несколько раз арестовывали и отпускали. Несмотря на это, траурный митинг в память жертв Желтоксана прошел 13 декабря 1989 года в актовом зале Медицинского института.

Годы кочевья

С декабря 1989 года Арон стал выпускать газету «Алаш». Его четко оформившиеся к тому времени радикальные взгляды на национальную независимость пугали власть предержащих. Газету «Алаш» не регистрировали, и он вынужден был печатать ее нелегально в Эстонии, доставляя оказией в Казахстан.

В апреле 1990 года Арон и несколько десятков сторонников объявили о создании партии национальной независимости «Алаш». Председателем был избран Арон Атабек. По идее, новая партия должна была наследовать замыслы великой плеяды алашординцев начала века. Однако она так и не была зарегистрирована.

В феврале 1991 года Арон Атабек уехал в Москву, где начал издавать официально зарегистрированную газету «Хак». В ней он опубликовал в феврале 1992 года статью Каришала Асанова «Не верь улыбке президента», которую в Казахстане сочли «оскорблением чести и достоинства президента Республики Казахстан». Кроме того, Арона Атабека обвинили в организации в декабре 1991 года предпринятой в алматинской мечети активистами партии «Алаш» попытки силового смещения с поста муфтия Ратбека Нысанбаева. Несмотря на то, что сам Арон осудил эту акцию как совместную провокацию КГБ и исламских фундаменталистов, в Алма-Ате у него дома был проведен обыск. А 29 июля 1992 года обыск прошел и на его квартире в Москве, причем действовали совместно сотрудники казахстанской и московской милиции.

Оказавшись перед угрозой быть арестованным сотрудниками КНБ и казахстанской прокуратуры, Арон Атабек принял предоставленное президентом Азербайджана Эльчибеем политическое убежище. 6 августа 1992 года Арон с семьей (пятимесячной дочерью, шестилетним сыном, женой, 65-летней матерью) в сопровождении друзей вылетел в Баку. Однако гражданства Азербайджана он не получил, жил целый год на правах беженца. После смены власти в Азербайджане уехал в Нальчик, где прожил еще год. Затем переехал в Москву и лишь в декабре 1996 года вернулся в Казахстан.

В местном РОВД ему отказались выдать паспорт гражданина Казахстана, поскольку, как оказалось, на нем «висела» судимость. Посоветовали написать просьбу о помиловании в адрес президента Казахстана. Писать просьбу Арон не стал, жил с тех пор на правах, как он говорил, политического бомжа. Два года жил с семьей в горах, снимая дачу. Дети не имели возможности ходить в школу. Помогали друзья, находили Арону заказы на переводы, временные работы сторожа или грузчика. За это время он перевел на русский язык Куль-Тегина, Махамбета, Клер Клермонт, издавал поэтические сборники и исследовательские труды.

В 2004 году он вновь включился в общественную жизнь, создав общественное объединение «Ћазаћ џлты». В 2005 году был избран председателем политсовета Народного фронта Казахстана «Ћазаћ мемлекетi». В 2006 году стал председателем комитета «Жер жќне баспана», включился в защиту интересов жителей алматинских микрорайонов «Бакай», «Айгерим», «Шанырак».

Наш общий Шанырак

14 июля 2006 года около тысячи сотрудников полиции (официально 700 человек), включая спецназ, пытались штурмом захватить микрорайон Шанырак, чтобы разрушить 155 домов, возведенных, согласно решению суда, незаконно.

Народ дал отпор полиции. На защиту домов встало около тысячи жителей. Среди них был Арон Атабек.

В ходе кровавого столкновения десятки, если не сотни, людей с обеих сторон получили ранения, а один полицейский был сожжен заживо. Когда доведенные до отчаяния шаныраковцы схватили полицейского, привязали к столбу и облили бензином, Арон призывал обе стороны обойтись без кровопролития. По мнению очевидцев, никто не собирался поджигать полицейского, надеясь просто остановить нападавших. Однако они пошли на новый штурм, и бензин на жертве вспыхнул от первой же искры.

Несмотря на то, что инициаторами и исполнителями бессмысленной и бесчеловечной акции по штурму микрорайона были алматинский акимат и МВД, перед судом предстали не чиновники, а защитники Шанырака, в их числе Арон Атабек, которого объявили организатором беспорядков.

После многомесячного судебного марафона 5 октября 2007 года судьи Алматинского городского суда А. Беимбетов (председатель), Б. Мамытов, Г. Мусина вынесли не просто жестокое, а ужасающее решение. Арон Атабек был осужден на 18 лет строгого режима как организатор беспорядков. В числе осужденных – Курмангазы Утегенов (16 лет строгого режима), Рустем Туяков (15 лет), Ерганат Тараншиев (14 лет). Еще 20 защитников Шанырака получили сроки от 3 до 5 лет.

Реально в суде не была доказана вина Арона ни в смерти полицейского, ни в организации беспорядков. Он даже порезал себе живот в ходе одного из судебных заседаний в знак протеста против несправедливого судилища.

Меня лично больше всего поразили два факта. Первый – это парадоксальное игнорирование судьями многочисленных жалоб обвиняемых на избиения их следователями во время расследования. Обвиняемые приводили душераздирающие факты пыток, рассказывали о том, как им загоняли иголки под ногти – судьи были глухи!

Второй поразительный факт – это отклонение многочисленных ходатайств общественных защитников о приглашении в суд в качестве свидетелей акима Алматы и высокопоставленных чиновников МВД. Ведь если вдуматься в сущность того, что произошло в Шаныраке, то это самый настоящий национальный позор! Мы все – жители Шанырака, и полицейские, и аким Тасмагамбетов, другие алмаатинцы, отсиживающиеся в уютных жилищах, – жители одной страны, можно сказать, братья. На нас не напали гипотетические враги, не было никакой войны. Так чего ради нужно было направлять на жителей огромный отряд полиции?

Была предпринята целая спецоперация – как против врагов, напавших на Казахстан! Это было оправданно? Нет, и еще раз нет! То есть чиновники, принявшие решение о направлении целого войска на мирных жителей, несут ответственность и за судьбу людей, оказавших сопротивление, и за судьбу полицейского, погибшего в ходе беспорядков.

Но судьи были глухи к требованиям пригласить в суд акима Алматы и высших должностных лиц МВД.

Скованные страхом

Озвученные в печати мнения независимых общественных деятелей, наблюдавших за ходом процесса, единодушны: суд исполнял заказ. Судьи были нацелены на конечный результат – осудить шаныраковцев на большие сроки.

Что это за заказ? В чем его смысл? Решение власть имущих прагматично и, как всегда, продиктовано страхом. А смысл прост: запугать всех жителей Казахстана, чтобы впредь подобных «шаныраков» не было.

Расчет понятен. Как говорил Оскар Уайльд, «в наши дни большинство людей умирает от ползучей формы рабского благоразумия». Проходят столетия, а ничего не меняется в человеческой природе. В казахстанском обществе и без страшного приговора шаныраковцам полно запуганных людей. А Арон Атабек, похоже, напугал еще больше.

Без сомнения, он напугал чиновников. Тех самых, которые контролируют суды и правоохранительные органы. Они и думать не хотят о том, что он не виновен. Удалить, как зубную боль, и никаких забот!

Арон напугал обывателей. Их смертельно страшит та страсть, с которой защитники Шанырака отстаивали свое право быть хозяевами на этой земле, а не «социальными аутсайдерами», как назвал их аким Тасмагамбетов. Иметь тихий уголок, не видеть ничего вокруг, и чтобы никто не мешал спокойно жить – вот куриная философия обывателя, которую рвет в клочья такой пассионарий, как Арон Атабек.

Наконец, Арон напугал истеблишмент, члены которого издавна, еще с конца 80-х годов, видят в нем угрозу своей власти. Не самую серьезную, но все-таки угрозу. Если нация окажется «перегретой», если рядом с Ароном будут не десятки единомышленников, а десятки тысяч романтиков, одержимых общей идеей и мечтой, то нынешним купцам, благополучно управляющим тихим и послушным народом, придется туго.

Вот почему верховная власть солидарно прикрыла акима города, полностью ответственного за беспорядки в Шаныраке. Городская власть использовала полицейские силы там, где все можно было решить мирным путем. Ведь после жестокого нападения полиции проблемы в Шаныраке стали решаться именно административными мерами. Генеральный прокурор наложил запрет на снос домов в проблемных районах.

Председатель Агентства по земельным ресурсам заявил в парламенте, что земли в пригородах Астаны и Алматы достаточно, и земельные участки для индивидуального жилья должны раздаваться бесплатно. Работники акимата занялись решением коммунальных проблем в Шаныраке.

Тогда зачем, спрашивается, аким Тасмагамбетов или другой какой ответственный товарищ отдал приказ на штурм в Шаныраке? И чего добился аким? А ничего, если не считать погибшего полицейского и томящихся в тюрьме казахов. Шанырак как стоял, так и стоит. Люди, как жили в возведенных собственными руками домах, так и живут.

То есть полицейская акция была не просто бессмысленна, а преступна, ибо совершена против народа, ради счастья которого существует государство, ради благополучия которого вроде бы трудятся, согласно Конституции, чиновники акимата.

И не должны сидеть в тюрьме защитники Шанырака. Потому что вина чиновников, отдававших приказ о штурме, перевешивает все.

В одном ряду

18 лет тюрьмы – немыслимый срок. Мне лично ясно, что Арон Атабек и его соратники выйдут на свободу значительно раньше, как бы ни страшились истеблишмент и пингвины-обыватели. Что-нибудь обязательно случится в нашей тишайшей республике, пышущей стабильностью и ростом. Главное, не забывать про Арона, добиваться пересмотра дела.

Жасарал Куанышали, общественный деятель, философски связывает проблему свободы со здоровьем режима: «Трое защитников Шанырака получили большие сроки. На самом деле они – наша гордость. Они защищали не один небольшой микрорайон, а шанырак всех казахов, всех нас! А их атаковали полицией, а потом осудили, как преступников. Это позорная страница казахской истории. Я думаю, как только падет этот режим, они выйдут на свободу. Не думаю, что выйдут раньше».

Судебное решение в отношении шаныраковцев было настолько несправедливым, что при малейшей перемене направления вектора политического развития общественности следует требовать по меньшей мере вернуть дело на новое, справедливое рассмотрение.

А Арона Атабека нужно признать именно политическим заключенным, а не разбойником, как следует из приговора суда. Потому что такие дикие сроки заключения власть устроила исключительно ради устрашения за свои же прегрешения. На прямую ответственная за штурм мирного поселения, власть ответственна вообще за проблемы «самозастройщиков», которые являются следствием нерешенности социальных проблем.

В такой ситуации смешно прикрываться решением суда, мол, суд у нас независимый – что сказали судьи, то и правильно. Нет, судьи в Казахстане дискредитировали себя так, что впору приглашать их в Гаагский трибунал, добиваясь отправления правосудия по закону, а не по акиматовскому телефонному праву.

Арон Атабек, символ борьбы с несправедливостью, должен быть на свободе! Он нужен нации так же, как Чокан Валиханов – воплощение гения, как Шакарим – идеал добродетели, как Абай – кладезь мудрости и чистоты мысли.

Это позор, когда такой человек сидит в тюрьме, причем сидит за то, что защищал народ. Подобное возможно только в одном случае – когда судят по политическим мотивам.

Вот почему судьба политических заключенных должна постоянно проходить широкое обсуждение. Политическим партиям нужно включить в программные документы положение о свободе политическим узникам. Нельзя забывать и о политзаключенном Алибеке Жумабаеве, задержанном 28 ноября 2005 года во время президентской избирательной кампании в Таразе и осужденном на 5 лет по надуманному обвинению. Пора создавать Комитет в защиту политзаключенных, который должен добиваться в том числе пересмотра решения суда в отношении Арона Атабека и других осужденных шаныраковцев.

Арон Атабек – это искренний человек, безоглядно увлеченный судьбой казахского народа, настоящий казахский характер, и не поддержать его – значит изменить своему народу.

Ербол КУРМАНБАЕВ
«Тасжарган» № 03 (129) от 21 января 2009 г.
21 Jan 2009

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom
Content-type: text/html Error Encountered
 
Error Encountered
Could not write cached page [admin/temp/cache/file=News&report=SingleArticleRu2005&ArticleID=0017075.html].

Permission denied

Вернуться на Eurasia-Internet Homepage