Адвокаты дьяволов

Джеймс Гиффен любит делиться богатством. Говорят, он очень щедр по отношению к друзьям, которым подарил драгоценностей на сумму 180 тыс. долларов, шуб на 30 тыс. долларов, роскошную яхту, два снегохода и множество денег наличными. В общем и целом, по мнению нью-йоркской прокуратуры, Гиффен перечислил в адрес высокопоставленных чиновников Казахстана средств на сумму свыше 78 млн. долларов, за что в 2003 году и был обвинен во взяточничестве федеральными властями. Самое же примечательное в этом деле – это не поразительные суммы взяток. И даже не соучастник преступного сговора, то бишь президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. Что действительно выделяет это дело из череды других, так это избранная Гиффеном линия защиты. Он утверждает, что действовал в интересах Центрального разведывательного управления. По словам Гиффена, в девяностых годах он, будучи ближайшим советником президента Назарбаева, давшего добро на ряд крупных нефтяных контрактов с американскими компаниями, одновременно выполнял поручения американского правительства, практически являясь "нашим человеком в Астане". Адвокаты Гиффена называют его патриотом, который помог обеспечить, чтобы контроль над казахстанскими нефтегазовыми запасами попал в руки американских, а не китайских или российских компаний. Они же подметили и некоторую несуразность происходящего: после того, как их клиенту были предъявлены обвинения, грозящие ему пожизненным заключением, его предполагаемого партнера по коррупционным схемам, президента Назарбаева, привечали не только в Белом доме, но и в летней резиденции семьи Бушей в Кеннебанкпорте.

Данное уголовное дело вызывает целый ряд вопросов, в том числе и такого порядка: а может ли Америка в эпоху нефтяного дефицита позволить себе наказать человека, помогавшего проводить сделки для американских компаний? В 2003 году, когда цена на нефть не превышала 30 долларов за баррель, действительно можно было полагать, что возможно иметь и антикоррупционные законы, и дешевый бензин. Четыре года спустя, когда цена на нефть взлетела до 95 долларов за баррель, ясности в этом вопросе поубавилось. Британское правительство, ссылаясь на соображения национальной безопасности, прекратило производство по делу о взяточничестве в отношении влиятельных саудовцев. Неоднократные отсрочки с рассмотрением дела Гиффена дают основание полагать, что некоторые федеральные агентства больше озабочены вопросом, как защитить свои секреты, а не как помочь расследованию. Большая часть показаний, полученных в рамках предварительного следствия, засекречено. Известно лишь то, что адвокаты Гиффена обратились с ходатайством о предоставлении им доступа к закрытым документам, которые, по их мнению, доказывают, что действия их подзащитного были санкционированы властями.

Руководители компаний и правительственные чиновники всего мира всегда опирались на взятку как на инструмент контроля над природными ресурсами. В семидесятых годах двадцатого века, после того, как американские фирмы признались, что тратили сотни миллионов долларов на подкуп зарубежных чиновников, Конгресс принял Закон о даче взяток чиновникам за рубежом, дабы положить конец подобным махинациям. Многие годы этот закон применялся не слишком активно, и многие компании продолжали давать взятки посредникам или партнерам по совместным предприятиям. Но по мере того, как у движения по повышению социальной ответственности компаний начали прорезаться зубы, департамент юстиции стал проявлять все больший интерес к коррупционной деятельности корпораций за рубежом. На данный момент в производстве находится около 60 подобных дел. С некоторым запозданием американские нефтяные компании начали призывать "исправить свое поведение".

Но не поздно ли? Закон о даче взяток чиновникам за рубежом был принят, когда эти компании являлись колоссами энергетического мира. Сегодня же Конгресс и Exxon Mobil уже не могут устанавливать норм в этой области в глобальном масштабе. Им приходится иметь дело с целым рядом конкурентов и "изгоев", включая Уго Чавеса, Владимира Путина, Махмуда Ахмадинежада, Ху Цзиньтао, компании "Газпром", "Лукойл", Sinopec и Eni. Покупателям, отчаянно нуждающимся в нефти, в число которых теперь входят и Соединенные Штаты, приходится соревноваться друг другом в стремлении выполнить пожелания и удовлетворить потребности авторитарных продавцов углеводородов.

Я лично был тому свидетелем, когда президент Чавес подписывал в Каракасе договор с китайской компанией о запуске спутника для Венесуэлы. Чавес произнес тогда длинную и бессвязную речь, во время которой невоспитанно размахивал руками и рассуждал о красоте китайских женщин, величии Председателя Мао и зле, которое несет в себе свободное предпринимательство. "Капиталисты несут с собой смерть", предостерегал он. Китайцы же, вряд ли разделявшие все до единого представления лидера принимающей стороны, едва заметно кивали головами в знак молчаливого одобрения – что от них и требовалось.

Поддерживая крайне сомнительный режим Судана, Китай явно ставит свои потребности в энергоресурсах выше моральных принципов. Но американское правительство не может избежать противоречий, связанных с тем, что ему нужна нефть, но оно хочет получить ее нравственным способом – или, по крайней мере, чтобы так казалось со стороны. Это затруднительное положение уже давно со всей очевидностью просматривается в наших отношениях с диктатурами, например, Саудовской Аравии и Анголы. Дело Гиффена – это итерация современного этапа, когда мы подошли к отметке в 100 долларов за баррель. Выбор же, который надо сделать, прост: либо предпринять болезненные, но необходимые изменения, дабы ослабить нашу зависимость от нефти, либо еще глубже погрязнуть в моральном разложении.

Питер Маасс
New York Times Magazine
03 Jan 2008

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom