Итоги выборов: ярлычество, скудоумие, стереотипность, выкрики…

Необходимая преамбула

Выборы закончились, а политологи задним числом все еще дают свои выводы, комментарии, рассуждения, толкования. Чаще всего можно услышать что-то типа: «Мы же говорили, а нас не слушались…».
К сожалению, жизнь показала, что выборы и построение действительного гражданского общества в Казахстане – сложный и тернистый процесс, требующий выдержки, терпения, а главное – умения правильно делать выводы. Один хороший политолог заявил о том, что выборы – это такой процесс, при котором ты лишний раз смотришь на то, как формируется гражданское общество, и если даже ты проигрываешь и видишь полный беспредел, то все равно отмечаешь, что общество растет. В самом деле, каждые, пусть и безуспешные, выборы приводят нас, с одной стороны, к разочарованию, а с другой – все чаще мы можем наблюдать, как появляются ростки осознания происходящего у здравомыслящих и понимающих граждан.

Борьба вообще – сложный процесс. Столетиями континентальная Европа боролась за идеи либерализма, Россия только-только подходит к этому, и, даже, казалось бы, такой неповоротливый Восток все же демонстрирует мировой общественности, что и здесь формируются граждане с активной гражданской позицией.

Мы ежедневно наблюдаем формирование новых СМИ. Многие вчера еще запрещенные газеты сегодня можно спокойно купить в любом киоске. Люди уже открыто заявляют о произволе и беззаконии. Многие из тех, кто вчера брал взятки, начинают осознавать, что это не самый лучший способ заработка на жизнь. Словом, при всей, казалось бы, серости и безжизненности мы все-таки отмечаем постепенный рост.

В этом материале я не хотел бы акцентировать внимание на том, что хорошо, а что – плохо. Потому что эти, как мне кажется, по-настоящему первые для меня как для гражданина выборы привели к определенной аналитике и выводам.
Во время предвыборной гонки в воздухе активно витала идея бойкота выборов. Мне тогда показалось странным это предложение вполне, казалось бы, здравомыслящих людей, хотя и не согласиться с их доводами тоже было нельзя.

Я думал тогда: вот все мы живем в городе, все мы ездим по асфальтированным дорогам, читаем газеты, платим налоги, смотрим ТВ, короче, живем вполне нормальной и естественной жизнью города в государстве. Почему я сказал «в государстве»? Потому что все эти будничные атрибуты жизни свойственны системе. Системе, которая так или иначе функционирует, с которой считаются и под которой ходят миллионы людей. Это не анархия и хаос, где выгляни ты в окно, – тебе могут прострелить ухо или прямо на улице похитить и продать в рабство. Всего этого у нас нет, потому что налицо факт существования системы, государственного строя с определенной иерархией. Есть народ, существуют институты, власть, то есть то, с чем мы считаемся и благодаря чему мы живем. И поэтому резонно, так или иначе, принимать навязанные правила игры. Живя при определенной системе, пользуясь ее услугами, мы признаем жизнь этого окружения и соответственно обязаны в какой-то степени подчиниться и предложенным условиям.

Да, все знали о том, что выборы пришлись не в лучший период времени, но такова была воля не только властей, но и народа. Народа, потому что большинство не выбежало на улицу и не потребовало, чтобы все было перенесено на более удобные сроки, а значит, «процесс пошел».
В нашем обществе сформировалась оппозиция или ряд объединений, существование которых соответствует общепринятым цивилизованным критериям, со свойственными такого рода объединениям лозунгами и программами, противостоящими власти. В принципе речь идет о процессе, походящем на демократический, где присутствуют: А. Народ; В. Власть; С. Оппозиция.

Идея бойкота была мне не совсем понятна до конца. Когда речь идет об отказе в участии в выборах по той или иной причине одного человека или политической организации – это дело личное. Но когда идет призыв о всеобщем бойкотировании с целью дискредитации власти в обход большинства населения – это мне кажется не только не разумным, а так и вовсе глупым. Читатели, думаю, догадываются, что речь идет о дувановском призыве.
Читая предвыборные материалы, я где-то соглашался, где-то додумывал, но, глубоко поразмыслив, пришел к одному выводу. К выводу, который, как мне кажется, обоснован с многих точек зрения.
Существует простая логика, по которой очень многие живут. Вот пример: ты ешь, пьешь, живешь, дышишь воздухом – значит, ты играешь по чьим-то правилам. Тебе не нравится жизнь – ты ее меняешь.

Эти, казалось бы, банальные вещи, в сущности, неоспоримы и, в принципе, они применимы и к нашим реалиям. Бойкот – дело частное. Осознанное решение, внутреннее осознание и понимание действия. Если мне не нравится стол или я чем-то обижен, то я встаю из-за стола и просто ухожу либо в другую юрту, либо вообще в степь. Это честно, и тут не важны причины. Если же я не согласен и начинаю дебоширить, бить посуду, ссорить людей, что-то баламутить, то рано или поздно в глазах большинства я становлюсь тем, кого еще называют «человеком на вылет».
Проще говоря, объявляя бойкот, ты должен просто следовать определенным правилам, а когда ты продолжаешь активно контактировать и участвовать во всех действиях и мероприятиях, которые сам же предлагаешь бойкотировать, то становишься, по меньшей мере, странным и непонятым.

К такому выводу я пришел еще до прочтения разоблачительной по сути статьи А.Саримова. Нет смысла повторять те вещи, которые были в ней написаны, больше меня смутила реакция отдельных читателей, возможно, политологов и журналистов, которые почему-то не стали брать во внимание изложенные аргументы, а сразу, безапелляционно, стали на сторону даже не теории бойкота, а просто самого Дуванова как личности.
Я решительно заявляю, что как человек не знакомый с ним, не испытываю к нему антипатии, напротив, меня даже можно причислить к числу его явных сторонников. Но я всегда подчеркивал, что я – независимый, абсолютно не ангажированный человек со своей, осмелюсь заметить, активной гражданской позицией.
О ярлычестве, поклонении и культах

У Тарковского в «Сталкере» есть интересный эпизод про кувшин, которым в начале все очень восторгались, думая, что он древний, дивились неповторимостью линий, абсолютностью формы, но, узнав, что это обычный кувшин, тут же от него отворачивались.
Этот пример показателен для многих стереотипно мыслящих людей, не понимающих и не вкладывающих в свои заявления никакого смысла. Очень многие после в сущности правильных слов того же Айдоса стали голословно обвинять его в том, что он все это сделал для «отмазки» и по указке «оппиков». Плоха наша оппозиция или нет, – это не тема нынешнего материала. Я говорю здесь о ярлычестве, стереотипности и стадности мышления потому, что вижу, что многими делаются самые опрометчивые выводы не в виду осознанного, а в виду описанного. Так, бесцельно...

Все почти хором начали клеймить того, кто просто решил высказать свое мнение, но не выходил с транспарантом и не сидел в тюрьме. Он априори не прав, он плох, потому что не соответствует исторически сложившемуся образу мученика: не сидел в тюрьме, не выбегал с плакатом, его не тащили за руки полицейские – значит, он плохой, он «засланец», его купили. Сидел в тюрьме, били? Все! Значит, прав. А ты не сидел в тюрьме, не был мучеником? Значит, ты – сопляк.
А значит, если я, простой гражданин, не знакомый с Саримовым, не имевший чести воочию видеть Ораза или Булата, скажу, что не согласен с Дувановым, тогда те же самые ярлыки будут навешаны на меня? Тогда в чем логика рационализма и какое демократичное гражданское общество мы хотим построить?
Думаю, что вся эта ярлычность есть результат совковости или, возможно, восточности. Правда, говоря о восточности, я среди заявителей-крикунов не вижу представителей неевропейских национальностей.

Неужели, чтобы люди тебе поверили, ты должен просто пару лет отсидеть в тюрьме и тогда ты получаешь билет доверия толпы? Но нужна ли сознательному, мыслящему человеку такая благодать? А вдруг завтра более измученный, более покалеченный начнет кричать: «Нет, он, оказывается, плохой!», и тогда толпа побежит за ним? Не понимаю я такой логики.

У Б.Ахмадуллиной есть такие строки: «Но опрометчивой толпе герой действительный не виден…». Так вот, если есть кто-то, кто добивается мнимой и иллюзорной популярности лишь потому, что известен не существенным, то на другом берегу есть те, кто упорно работает и желает что-то поменять на деле.
Мой друг, правнук женщины-революционерки и внук ученого, считает и будет считать себя не только частью этого государства, но и его неотъемлемым атрибутом. Также и Ораз Жандосов – внук революционера – считает и будет считать себя ответственным за свою страну, за родину, которую штыками и кровью защищали его предки.
Приятны ли мне ярлыки, навешанные людьми, для которых работа есть ни что иное как «дураковаляние»? Нет. Поэтому могу ли спокойно реагировать, когда одни силы вместо того, чтобы помогать, делают совсем обратное?
Испытание самолюбованием
Тот же Дуванов когда-то писал, что нашему совковому обществу свойственно навешивать ярлыки – мол, дескать, раз он богат, значит, он плох. Так он реагировал на традиционную попытку изобразить врагами Штаты. Что же выходит теперь, раз Абилов в прошлом богат, а сейчас в оппозиции, то он нечестен?
А слова Дуванова о том, что в оппозиции нет достаточной консолидации? А его же статья про свою игру, где он буквально вбивает клин между лидерами? Ну, разве мы можем назвать это борьбой против режима? Надеюсь, читатель согласится со мной, что дело оппозиции – это все-таки противостояние режиму. А бесконечные PR бойкота и дискредитация оппозиции – это больше не противостояние режиму, а чуть ли ни его поддержка!

Мне кажется, что объявленный, и не просто объявленный, а раскрученный PR бойкота Дуванова как раз отобрал часть голосов той небольшой части граждан, веривших в идеалы оппозиции.

Я не понимаю, честное слово!
Многие комментаторы обрушились с критикой на оппозицию и выступили в защиту Дуванова, и что в итоге? Ну, вышел он с транспарантом, – повлияло ли это на ход выборов, отменил ли президент поправки, вышли ли за ним тысячи? Нет. Тогда в чем же смысл, в чем суть? Но обрел ли он популярность вкупе со своими статьями? Да.
Ведь рационализм – это бухгалтерия. А популизм в конечном итоге не приводит ни к чему. Сегодня среди той сознательной части общества, которая тихо борется, или, во всяком случае, готовится к этому, есть потомки казахских ханов, великих интеллигентов, и если мне скажут, что они никто и ничто, только потому, что они не бывшие зэки и транспарантники, то я плюну на этих людей. Мы знаем известного транспарантника Амантая-кажы, но кто скажет мне, что после его вылазок стало меньше на земле мафии и ядерных войн?

Я отнюдь не против реализации своего мнения и, откровенно говоря, мне очень нравится Дуванов как публицист, но все, что я видел во время выборов, это его расPRивание идеи бойкота, а потом – осуждение того, что этой идее не последовали.
Думаю, что честный человек, идущий против режима, должен сделать все, чтобы хотя бы помочь тем, кто в бою. Если же ты объявил бойкот, то тогда ты должен был тихо в сторонке подождать. С. Абдильдин объявил бойкот, но он не осуждал тех, кто остался, он честно отошел от дел. Еще честнее и по-граждански поступил Г. Жакиянов. Понимая всю безрезультатность выборов, он тоже решил их проигнорировать, ожидая на берегу, как в китайской мудрости, когда по реке проплывет труп его противника. В конце концов, понимая тяготы единомышленников, все-таки выступил в поддержку участников от оппозиции. Вот это – гражданский поступок.

Обидно за стереотипность, доминирующую в обществе. Многие из нынешних прогрессивно мыслящих людей – дети достойных сынов казахского народа. Это и Г.Ергалиева – дочь поэта, М.Ауэзов – сын классика, О.Жандосов – внук революционера, член ОСДП Д.Кунаев – племянник одного из руководителей государства. Следовательно, их кропотливая работа по изменению режима, минуя бойкот, не есть ли их истинный долг как настоящих детей отечества?
Почему же тогда все столпились вокруг маргинализма, игнорируя здравый смысл и их попытку что-то изменить?

Адилет БОСТАНОВ
«Тасжарган» № 36 (64)
21 Sep 2007

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom