Нефть, нал и коррупция

Теплым сентябрьским днем Нурсултан Абишевич Назарбаев шел к своему личному Боингу 767 на военно-воздушной базе Эндрюс. В окружении представителей сил безопасности и политических советников, президент Казахстана Назарбаев направлялся домой после наполненного событиями визита, включавшего встречу с президентом Бушем в Белом доме и лодочную прогулку в штате Мэн с отцом президента, Джорджем Бушем-старшим. Он также поприсутствовал на шикарном празднике в "Капитал Хилтон Отеле", где его гости, магнат Тед Тернер и бывший сенатор Сэм Нанн, превозносили его за то, что он когда-то закрыл один из крупнейших ядерных полигонов.

Если отбросить эти теплые приветствия, то правозащитные организации частенько называют г-на Назарбаева диктатором, который за 15 лет своего правления прибрал к рукам нефтяные богатства страны и сколотил огромное состояние за счет обнищания граждан. Сторонники президента говорят, что он совместил суровый политический порядок с ясной экономической политикой, создав в стране дружественный климат для зарубежных инвестиций. Однако его визит в Белый дом состоялся в крайне неудачный момент: примерно за месяц до этого Администрация Буша известила страну со своей новой инициативой под названием "Национальная стратегия по международной борьбы с клептократией". Она направлена на предотвращение взяточничества среди чиновников всего мира. Среди прочих мер предполагается добиться этой цели, закрыв коррумпированным лидерам доступ к финансовой системе США.

"Клептократия является тормозом на пути демократического прогресса, она подрывает веру в государственные институты и лишает народ возможности жить в процветании, - заявил президент Буш. - Утверждение прозрачного и подотчетного народу государственного управления является важной составляющей нашей деятельности в области свободы".

Визит г-на Назарбаева, который должен был состояться вслед за этими заявлениями, вызвал новую волну критики стиля его руководства. Он поставил вопрос о приверженности Белого дома делу борьбы с коррупций за рубежом. Этим, возможно, и объясняется тот факт, что администрация решила не устраивать государственного обеда в честь казахстанского лидера.

Но за кулисами визита разыгрывается еще и юридическая драма, которая, по мнению аналитиков, может дать развернутое объяснение, почему г-н Назарбаев и Белый дом разыгрывают такое сложное политическое представление.

В феврале федеральная прокуратура США в Манхэттене готовится начать судебное разбирательство крупнейшего в истории США обвинения в международной коррупции, когда-либо выдвигавшегося против американского гражданина. Здесь и лабиринт международных финансовых трансакций, и подозрения в отмывании денег, и ошеломляющий набор отечественных и зарубежных подставных компаний. В этом уголовном деле г-н Назарбаев назван как соучастник, уголовного преследования против которого еще не возбуждалось.

Обвиняемый Джеймс Гиффен, состоятельный американский банкир и консультант казахстанского правительства, обвиняется в переводе в адрес г-на Назарбаева и руководителя нефтяного ведомства этой страны взяток на сумму свыше 78 млн. долларов. По мнению федеральной прокуратуры, эти деньги, выплаченные американскими компаниями в целях получения доступа к обширным нефтяным запасам Казахстана, поступали в личное пользование казахстанского руководства. В том числе они шли на приобретение дорогостоящих ювелирных украшений, катеров, снегоходов и шуб.

Кроме крупных денежных выплат за доступ к нефтяным разработкам, который часто обеспечивается подобными выплатами, дело против г-на Гиффена приоткрыло занавес над миром крупной игры и трансконтинентальных маневров, которые имеют место, когда пересекаются большая нефть и политика. Это – точка пересечения, где происходит интенсивное и дорогостоящее лоббирование, заморские сделки, где встречаются деньги, бизнес и геополитика. Это – темный мир с неясными границами, который создают люди, подобные г-ну Гиффену, часто создают из ничего. Дело также иллюстрирует усилия, предпринимаемые правительством с целью увязать свои краткосрочные энергетические интересы с долгосрочными политическими целями продвижения демократии в странах, в которых, по мнению международного сообщества, царит коррупция.

Можно быть уверенными, что многие американские президенты принимали у себя подозрительных зарубежных лидеров. Но замешанность Н. Назарбаева в федеральном уголовном расследовании делает его не совсем обычным представителем этой компании. Администрация Буша признает, что правительство Казахстана добилось не слишком уж больших успехов в деле демократического строительства. Некоторые внешнеполитические специалисты считают Казахстан важным союзником в антитеррористической кампании Администрации и хорошей альтернативой нестабильному Персидскому заливу с его нефтяными запасами. Все это обещает сделать открытие суда над Гиффеном не просто рядовым процессом по делу о взяточничестве.

"Администрация, естественно, предпочитает не распространяться о деле Гиффена, - говорит Реймонд Бейкер, аналитик и специалист по энергетической политике Института Брукингса, либеральной научно-исследовательской организации. - Возможно, всем было бы намного легче, если бы он ушел безнаказанным".

По мнению некоторых аналитиков, в современном мире, который привык к размаху официальной коррупции, президент Назарбаев является из ряда вон выходящим явлением. "Я не могу назвать лидера столь же коррумпированного, как Назарбаев, - говорит Джонатан Уинер, бывший заместитель помощника Госсекретаря в Администрации Клинтона. - Нам было известно о его коррумпированности, по крайней мере, последние 15 лет. Сообщала нам об этом наша собственная разведка".

По мнению других, г-н Назарбаев, конечно же, неоднозначная личность, но так уж устроен наш мир. Как сказал Джерри Тейлор, старший научный сотрудник Института Като, "ситуация в области прав человека в Казахстане может быть неоднородной, но если бы Соединенные Штаты дистанцировались от стран с подмоченной репутацией в области соблюдения прав человека и других деятелей с дурной репутацией, мы бы уже давно канули в Лету".

Администрация Клинтона сама привечала Казахстана в 1990-х годах и восхваляла Назарбаева за то, как он вел свою страну по пути экономических и демократических реформ. Чиновники Администрации, в том числе и Госсекретарь Мадлен Олбрайт, посещали Назарбаева в Казахстане.

"Администрация Клинтона, конечно же, располагала достаточной информацией о коррупмированности Назарбаева, - говорит г-н Винер. - Информация о нем была открытой, печально известной и очень актуальной".

Защитой любопытной финансово-дипломатической деятельности Дж. Гиффена занимаются Уильям Дж. Шварц и Стивен М. Коэн, адвокаты из конторы Cooley Godward Kronish на Манхэттене. Зал заседаний этой фирмы на 48 этаже не отличается от стандартных офисов других преуспевающих коллегии адвокатов: красивые деревянные панели, телевизор с плоским экраном, южные окна с прекрасным видом на небоскребы Уолл-Стрит и длинный овальный стол в окружении кожаных кресел, на середине которого лежат остро отточенные карандаши.

Весной 2003 года агенты федеральной службы арестовали Дж. Гиффена, когда он и Шварц готовились сесть в самолет, вылетающий из Нью-Йорка в Париж. Прокуратура предъявила ему обвинения в том, что в течение 1990-х годов он руководил сложной сетью взяточников. Их целью было получение доступа к нефтегазовым запасам Казахстана для таких нефтяных гигантов, как Exxon Mobil, BP Amoco (ныне BP) и Phillips Petroleum (ныне ConocoPhillips). По мнению прокуратуры, их выплаты делались в обход «Закона о даче взяток чиновникам за рубежом», запрещающего американским гражданам и корпорациям давать взятки зарубежным должностным лицам в целях ведения бизнеса. Ни одной из этих нефтяных компаний обвинение в совершении правонарушений пока предъявлено не было.

Адвокаты Гиффена допускают, что их клиент переводил деньги с одного секретного банковского счета на другой, но утверждают, что он действовал не в одиночку. "Г-н Гиффен работал с одобрения нашего правительства, - говорит г-н Шварц. - Деятельность Джима в Казахстане - это особенность причудливого исторического времени".

Центральным пунктом защиты Гиффена является ходатайство, поданное его адвокатами в июне 2004 года судье Уильяму Поли в Федеральном окружном суде Манхэттена, содержащее запрос на получении доступа к закрытым документам правительства, необходимым для подкрепления линии защиты.

На данный момент все имена, должности и принадлежность к правительственным ведомствам лиц, поименованных в этих документах, вымараны почти на каждой странице. Адвокаты Гиффена утверждают, что большую часть показаний, необходимых для доказательства невиновности их клиента, могут дать разные чиновники и агенты, помогавшие Гиффену осуществлять его бизнес в Казахстане. Без этих свидетелей, считают адвокаты, им будет трудно доказать, что их клиент выполнял свой долг американского гражданина.

В документах, представленных в суд адвокатами Гиффена, утверждается, что высокопоставленные чиновники в Центральном разведывательном управлении, Государственном департаменте и Белом доме поощряли его использовать свои тесные связи с руководителями Казахстана для получения важных разведывательных данных для США. Судья Поли вынес решение в поддержку этого ходатайства, но прокуратура США подала апелляцию на это решение.

"До того, как это все закончится, адвокаты Гиффена подадут еще множество ходатайств с целью получить доступ к этим засекреченным материалам. Но история этого совсем не так уж ужасна, - говорит Джек Блюм, бывший следователь сенатского подкомитета по внешним сношениям. - Высокопоставленные чиновники могут спокойно избежать компрометации правительства, сделав всю информацию секретной".

"Сначала правительства молча одобряет чьи-то тайные действий в обход закона. Но когда проблема вскрывается, оно сдает виновных с потрохами", - добавил он.

Официальные представители ЦРУ и Белого дома отказались от комментариев.

Конгресс принял «Закон о даче взяток чиновникам за рубежом» в 1977 году, придя к выводу, что зарубежная коррупция стала важным внешнеполитическим вопросом, который "…ставит в неудобное положение дружественные правительства, снижает уважение к Соединенным Штатам за рубежом и бросает подозрение на деятельность наших компаний, давая оружие в руки наших оппонентов за рубежом".

Адвокаты г-на Гиффена заявляют, что он не может быть признан виновным в даче взяток зарубежному правительству, поскольку его деятельность являлась частью его официальных обязанностей в качестве советника казахстанского правительства. На нее он получал благословение высокопоставленных американских чиновников, которые регулярно инструктировали его в этой деятельности.

Это утверждение вызвало целую бурю ходатайств, меморандумов и других документов, которыми обменялись федеральная прокуратура и адвокаты Гиффена. Представители федеральной прокуратуры добивались, чтобы Гиффену был запрещен доступ к секретным документам на том основании, что разглашение их повредит интересам национальной безопасности.

По словам тех, кто в прошлом работал с Гиффеном, щедрые выплаты получали не только деятели в Казахстане. В 1998 году, за два года до того, как федеральные власти заинтересовались деятельностью Гиффена в Казахстане, он пригласил Марка Сигела, политического консультанта из Вашингтона, присоединится к группе экспертов, занимающихся выработкой проекта экономических и правительственных реформ в Казахстане [Так называемая «Программа 2030»]. Это была амбициозная задача, но участники группы получат хорошее вознаграждение. Г-н Сигел, в прошлом исполнительный директор Демократического национального комитета, согласился на гонорар в 30 тыс. долларов в месяц и вскоре уже вылетел в Алма-Ату, бывшую столицу Казахстана.

Как оказалось, г-н Сигел оказался в весьма влиятельной компании. Гиффен привлек к работе в комитете известных бизнесменов, экспертов, лоббистов и бывших правительственных чиновников. Как вспоминал г-н Сигел в интервью, среди представителей этой группы был Роберт Блэквил, бывший посол времен первого президентства Буша, и Филип Зеликов, ныне советник Госсекретаря Кондолизы Райс. Ни г-н Блэквил, ни г-н Зеликов не ответили на просьбу об интервью.

"Мы были своего рода "Великой белой надеждой", - рассказывал г-н Сигел. Комитет был поделен на "группу П" [политика] и "группу Э"[экономика], состоявшие соответственно из политических и экономических экспертов. Г-н Назарбаев "виделся нам тогда реформатором, открытым для идей свободного рынка и честных выборов".

По словам адвокатов, по распоряжению Назарбаев со швейцарских банковских счетов Гиффен выплатил членам комитета гонорары в несколько миллионов долларов. Многие из этих самых счетов фигурируют в обвинении против Гиффена. Деньги они получили за их работу над целым рядом политических вопросов, связанных с Казахстаном.

Рекомендации группы содержатся в двух толстых документах, ставших известными как "Красные книги". Адвокаты Гиффена, как и Сигел, считают, что создание этого комитета свидетельствует, что Гиффен стремился помочь Назарбаеву перейти от авторитарного правительства к более демократической модели правления.

Хотя в "Красных книгах" среди членов комитета содержится впечатляющий список финансистов и политических деятелей, некоторые из названных в них лиц говорят, что никогда не работали с Гиффеном. Один из них – Джон Уайтхед, бывший председатель инвестиционного банковского гиганта Goldman Sachs. Он признал, что был знаком с Гиффеном, но сказал, что никогда не входил в состав этой группы. "Я никогда не был в Казахстане, - сказал Уайтхед. - И я, конечно, никогда не состоял в такого рода официальных отношениях с Джимом Гиффеном".

Адвокаты Гиффена отказались обсуждать другие аспекты его работы в этом комитете, но заметили, что само существование комитета доказывает, что его влияние на политических деятелей выходило далеко за пределы вопросов энергетики.

При поддержке федерального правительства или без него, но, согласно обвинению, Гиффен сумел создать изощренную схему отмывания денег и налогового мошенничества, реализованную на шести отдельных нефтяных сделках в1995-1999 гг. за спиной правительства Казахстана. Гиффена обвиняют в сокрытии доходов по каждой из этих сделок посредством серии банковских переводов, в результате которых средства оказывались на швейцарских счетах. В обвинительном акте детально описывается одна из сделок Гиффена по приобретению в 1996 г. для компании Mobil Oil 25% Тенгизского месторождения в Казахстане. Расположенное в богатом природными запасами Каспийском регионе, Тенгизское месторождение является шестым по величине в мире, где добывается 285 тыс. баррелей в день, что составляет треть дневного производства страны.

В обвинительном акте говорится, что после того, как компания Mobil заплатила Гиффену 51 млн. долларов в качестве гонорара за проведенную сделку, он перевел половину денег на швейцарский счет, а затем отправил эти деньги под извилистому пути через ряд других счетов, включая счет одной компании, зарегистрированной на Британских Виргинских островах. Русс Робертс, официальный представитель компании Exxon Mobil, заявил, что компания Mobil не являлась источником выплат Гиффену.

"Компании Exxon Mobil не известно ни о каких незаконных выплатах, производившихся в адрес казахстанских чиновников бывшими или нынешними сотрудниками компании Mobil, - написал г-н Робертс по электронной почте в ответ на просьбу об интервью. - Нам также не известно ни о каких незаконных выплатах, которые бы получали нынешние или бывшие сотрудники компании Mobil". По словам Робертса, ни Гиффен, ни его компания Mercator никогда не представляли интересов компаний Mobil или Exxon Mobil.

В 2003 году бывший менеджер компании Mobil признал себя виновным в уклонении от налогов с суммы в 7 млн. долларов, полученной им от Гиффена в период с 1993 года. Г-н Робертс отметил, что выплаты этому менеджеру со стороны Гиффена начались за несколько лет до сделки компании Mobil в Казахстане, и что компания Mobil не была источником этих выплат. Хотя, как сказал г-н Робертс, прокуратура называет эти выплаты менеджеру "откатами" за работу, выполненную от имени Mobil, сам менеджер отверг это обвинение. Г-н Робертс отказался углубляться в обсуждение этого вопроса.

Однако согласно обвинительному акту, Гиффен перевел еще средства, фигурирующие в материалах суда как выплата от корпорации Mobil в размере 20 млн. долларов, на пару других швейцарских счетов. Согласно обвинительному акту, один из счетов контролировался Нурланом Балгимбаевым, бывшим премьер-министром и министром нефтяной промышленности Казахстана. Другой счет принадлежал фонду в Лихтенштейне, владельцами которого являлись Назарбаев и члены его семьи.

В процессе всего этого, согласно обвинению, Гиффен еще и оплатил личные счета Балгимбаева на содержание дома в Ньютауне (штат Массачусетс) на сумму в 36 тыс. долларов. Он потратил также 30 тыс. долларов на приобретение шуб для жены и дочери Назарбаева и купил катер Donzi в качестве подарка от Балгимбаеву Назарбаеву.

ConocoPhillips и BP - две другие нефтяные компании, которые, согласно обвинению, производили выплаты Гиффену, отказались от комментариев. Рейд Вайнгартен, юрист и бывший федеральный прокурор, представляющий Республику Казахстан, отказался обсуждать это дело. Но мало кто по обе стороны процесса отрицают тот факт, что связи Гиффена с Назарбаевым носили серьезный, давний и корыстный характер.

"Все сходятся в одном: Назарбаев брал взятки», - говорит Ринат Ахметшин, директор Международного Евразийского института, вашингтонской организации по поддержке политических оппонентов г-на Назарбаева. По словам г-на Ахметшина, за этим делом пристально следят в Казахстане, а результат процесса может кардинально повлиять на политическое будущее Назарбаева. "В тот самый момент, когда Гиффен предстанет перед судом, с Назарбаевым как с политиком будет покончено", - считает он.

Восхождение по финансовой лестнице Джеймса Гиффена - от молодого банкира до человека, посвященного в тонкости политических хитросплетений, имеющего телохранителя, «Мерседес» с шофером и дипломатический казахстанский паспорт - это результат сочетания невиданных финансовых возможностей, которые предлагали Восточная Европа и Центральная Азии, с одной стороны, и старой как мир системы "не подмажешь - не поедешь", с другой стороны.

Сын торговца мануфактурой из Стоктона, штат Калифорния, ныне 65-летний Гиффен имел связи с Советским Союзом, уходящие корнями в начало 1970-х годов. Закончив Университет Калифорнии в Беркли и юридический колледж Университета Калифорнии в Лос-Анджелесе, он начал свою карьеру в компании по торговле полезными ископаемыми, после чего стал сотрудником филиала компании Armco Steel Corporation (позднее приобретенной AK Steel). Во главе Armco стоял С. Уильям Верити-младший, ратовавший за расширение торговли с Советским Союзом, который позднее работал министром торговли в правительстве Рейгана. Гиффен стал вице-президентом филиала Armco, продающего буровое оборудование Советскому Союзу.

Хотя Гиффен не говорил по-русски, а Советы в то время мало интересовались торговлей с Западом, он настойчиво обхаживал руководителей СССР. Щегольски одетый, с неизменной сигаретой в руке, Гиффен излучал самоуверенность. Многие из знавших его назвали бы все это бравадой, которая в итоге помогла ему пробиться к высокопоставленным советским лидерам. К середине 1980-х годов, Гиффен ушел из компании Armco и основал собственную компанию Mercator - торговый банк в Нью-Йорке. Свою работу компания начала с пятилетнего контракта с Armco, в совет директоров который входили Верити и два бывших правительственных чиновника.

За следующее десятилетие, по словам его адвокатов, Гиффен включил в свою сеть влиятельных друзей в советском правительстве, коммунистической партии и КГБ и Михаила Горбачева. В конце 1980-х годов Гиффен убедил компании Chevron, Eastman Kodak, Ford Motor и RJR Nabisco образовать коалицию с целью внедрения на советский рынок через совместные предприятия. Сделкой эту руководила его компания Mercator.

Хотя инициатива и провалилась с падением Советского Союза в 1991 году, Гиффен явно превратился в канал информации, касающейся советско-американских дел. Согласно материалам суда, в одном случае Белый дом попросил его описать свою встречу с Горбачевым и предложить перечень торговых вопросов, которые первый президент Буш мог бы обсудить с Горбачевым. В меморандуме, подготовленном одним американским чиновником для первого президента Буша, упоминаются слова Гиффена о том, что президент и Горбачев нащупали "золотую жилу" и "что бы президент Буш ни захотел, Горбачев постарается это сделать".

По словам адвокатов Гиффена, когда после распада СССР возникли 15 независимых государств, Назарбаев связался с Гиффеном. К тому времени Назарбаев, руководитель коммунистической партии Казахстана, и Гиффен, президент американо-советского торгово-экономического совета, уже стали близкими друзьями, как говорит адвокат Шварц.

В ходе поиска возможностей приобретения доли в Тенгизском нефтяном месторождении компания Chevron стала одним из клиентов Гиффена. По заявлению компании, эти отношения длились недолго. "В начале 1990-х годов компания Chevron прибегла к услугам г-на Гиффена для разработки деловых возможностей в России и отдельных республиках, - говорится в ответе, пришедшем по электронной почте на запрос об интервью. - В 1992 году компания Chevron завершила эти отношения".

Как утверждают юристы Гиффена, Н. Назарбаев попросил его играть роль советника нового суверенного государства Казахстан. Как первый президент Казахстана, Назарбаев был полон решимости привлечь многонациональные нефтяные компании к разработке богатых нефтяных месторождений страны, говорят политические и экономические аналитики. С этой целью Назарбаев использовал Гиффена в двойственной роли: в качестве специального советника Гиффен руководил поиском инвестиций из Соединенных Штатов, а его компания Mercator консультировала казахстанское правительство по операциям с нефтью и газом.

"Гиффен смог выдавать себя за важного деятеля, который реально знал, как работать на Запада, - говорит Марта Брилл Олкот, специалист по Центральной Азии и Каспию Фонда Карнеги. – А Назарбаеву это нравилось, и он выстроил взаимоотношения с Гиффеном на основе большого личного доверия".

Тесные отношения между Гиффеном и Назарбаевым натолкнулись на сопротивление со стороны некоторых высокопоставленных государственных деятелей Казахстана. "Самой большой проблемой с Гиффеном заключалась в том, что он пытался создать такую систему, которая бы удерживала у власти президента и его, - говорит бывший премьер-министр Казахстана Акежан Кажегельдин. - Он никогда и мечтать не мог, что окажется настолько близко к властным кругам".

В телефонном интервью г-н Кажегельдин отказался обсуждать обвинения в отношении Гиффена, но сказал, что между ним и Гиффеном несколько раз происходили столкновения. По словам Марты Брилл Олкотт из Фонда Карнеги, в высокопоставленных кругах Казахстана г-н Кажегельдин приобрел репутацию борца за свободу предпринимательства и человека, которому симпатизируют западные лидеры. Сам г-н Кажегельдин считает, что именно его стремление к экономическим реформам и призывы к отказу от авторитарного управления страной в итоге и настроили против него Гиффена и Назарбаева.

"В Казахстане есть небольшая группка людей, которые богатеют - я имею в виду по-настоящему богатеют, тогда как остальное общество остается по-настоящему бедным, - отмечает г-н Кажегельдин. - Руководство страны не заинтересовано в развитии рыночной экономики. У них в ходу двойная бухгалтерия: одна для себя, а другая - для всех остальных".

Г-н Кажегельдин является опытным участником запутанной экономической борьбы с пост-советских времен. Он создал свое состояние в годы заката СССР, торгуя металлоломом на черном рынке и одновременно изучая международный бизнес в академии КГБ в Москве. Эти данные были предоставлены нам одним из его близких соратников, попросившим не разглашать его имени. После исключения из разведшколы за эту его работу "по совместительству" в 1989 года г-н Кажегельдин продолжил сколачивать миллионы на экспорте химических удобрений.

Осенью 1998 года Н. Назарбаев предпринял собственное расследование финансов А. Кажегельдина. По словам сторонников Кажегельдина, сделано это было с целью политической борьбы. Это расследование вылилось в международный скандал, который заставило правительство Соединенных Штатов внимательнее присмотреться к деятельности Гиффена.

Осенью 1999 года правительство Казахстана обвинило г-на Кажегельдина в хищении нескольких миллионов долларов и переводе их на принадлежащий ему оффшорный счет. Г-н Кажегельдин отрицал совершение им каких-либо противоправных деяний и заявил, что ни он, ни члены его семьи никогда не имели доступа к этому счету.

Г-н Кажегельдин обвинил г-на Назарбаева в том, что он сам организовал перевод средств и распространил информацию об этом в СМИ, дабы обеспечить себе победу в президентских выборах 1999 года. Изучение Государственным департаментом казахстанского расследования по вопросу этих счетов, якобы имевших отношение к г-ну Кажегельдину, привело к заключению, что данное расследование, " основанное на возможных фактах, представляется политически мотивированным".

После того, как казахстанские чиновники обратились к бельгийскими и швейцарскими властями с просьбой изучить возможную роль Кажегельдина в хищении неких государственных средств, Швейцария сама связалась с Департаментом юстиции США, чтобы расследовать серию подозрительных операций Казахстана с американскими и европейскими нефтяными компаниями.

По словам адвокатов, когда федеральные следственные органы изучили операции 2000 года, они обратили внимание, что во многих из них принимал участие Гиффен. В течение следующих двух лет следователи сосредоточили внимание на Гиффене и затребовали документацию от компании Mercator. Договор между Соединенными Штатами и Швейцарией позволил следователям получить детальные данные о финансовой деятельности Гиффена в Нью-Йорке и Швейцарии. В феврале 2003 года прокуратура Соединенных Штатов в Манхэттене заручилась обвинительным актом большого жюри в отношении Гиффена по обвинениям в мошенничестве. Месяц спустя, когда Гиффен и его адвокаты садились на самолет, вылетающий рейсом Нью-Йорк-Париж, он был арестован федеральными властями.

Дальнейший процесс над Гиффеном - учитывая возможность, что может всплыть новая информация о взаимоотношениях между правительством Казахстана, политическими стратегами из Вашингтона и многонациональными корпорациями - обещает пролить свет на то, как Соединенные Штаты обхаживают богатые природными ресурсами страны, которые погрязли в коррупции.

"Коррупция - одна из главных причин бедности в странах третьего мира, - считает г-н Блюм, в прошлом следователь Конгресса. - Мы утешаем себе, что в краткосрочной перспективе мы можем подкупить этих людей, и это пойдет на пользу национальным интересам. Но в итоге это всегда оборачивается катастрофой".

Всемирный банк, вашингтонская организация экономического развития, занимающаяся проблемами нуждающихся стран, выдвинула на передний план вопрос о коррупции за рубежом. В начале 1990-х годов банк начал измерять уровень коррупции в правительствах стран, которые участвуют в работе банка. Эта инициатива носила противоречивый характер, поскольку до того времени экономисты рассматривали коррупцию по большей части как этическую и культурную проблему. Банк начал опрашивать сотни частных лиц, сотрудников правительственных и деловых структур в попытке определить характер и распространенность коррупции в таких областях, как банковское дело, недвижимость, здравоохранение, СМИ и образование. "Мы осознали, что коррупция является не просто моральной или этической проблемой, она является проблемой экономического развития, - говорит Даниэль Кауфман, экономист, начинавший изучение коррупции во Всемирном банке. - По нашим оценкам, при должном управлении доход на душу населения утраивается, если не происходит увода средств из валового внутреннего продукта".

К 1995 году команда г-на Кауфмана разработала рейтинговую систему, оценивающую такие факторы, как контроль над коррупцией, отсутствие насилия, подотчетность правительства и качество работы исполнительных органов в различных странах. Эти идеи легли в основу деятельности банка. С середины 1990-х годов банк реализовал свыше 600 антикоррупционных программ примерно в 100 странах мира.

При Поле Д. Волфовице, возглавившем Всемирный банк в прошлом году, антикоррупционная работа продолжилась. В рамках деятельности по искоренению коррупции, г-н Волфовиц недавно пригрозил сократить займы и контракты на развитие для Индии и Кении. Г-н Волфовиц, бывший заместитель министра обороны в Администрации Буша и архитектор его ближневосточной политики, получил поддержку Белого дома для своих антикоррупционных кампаний. Тем не менее, некоторые исследовательские группы и ряд администраторов в самом банке критикуют г-на Волфовица за использование Всемирного банка для продвижения внешнеполитических целей Белого дома в таких странах как Ирак, которому банк недавно увеличил кредитную поддержку.

Официальный представитель Всемирного банка отрицает, что г-н Волфовиц обслуживает интересы Белого дома. "Он выступает независимым голосом в интересах беднейшего населения - в том числе в таких вопросах, как торговля, облегчение бремени задолженности или поддержка официальных программ помощи", - написал он нам в письме, направленном по электронной почте.

Казахстан и способ руководство страной Назарбаевым стали предметом изучения Всемирного банка. Согласно показателям Банка за 2005 год, Казахстан входит в число самых коррумпированных стран мира наряду с Анголой, Боливией, Кенией, Ливией и Пакистаном.

Другая организация по борьбе с коррупцией, Transparency International, также сделала неутешительный вывод о системе управления в Казахстане. В отчете Государственного департамента США о ситуации с соблюдением прав человека в мире отмечается, что репутация правительства Казахстана в области "соблюдения прав человека оставалась неудовлетворительной", и что "коррупция по-прежнему представляла серьезную проблему".

Несмотря на такую низкую оценку и жестокую критику, с 1992 года Всемирный банк выдал Казахстану свыше 2 млрд. долларов на 28 проектов. В 2006 финансовом году обязательства Казахстана составили 130 млн. долларов, а общие обязательства по действующим проектам - 648 млн. долларов.

Хуан Хозе Дабуб, осуществляющий руководство программой Всемирного банка в области честного управления, отказался прокомментировать вопросы коррупции в Казахстане или аспекты, связанные со стилем руководства г-на Назарбаева.

"Мы уважаем выбор страной своего руководства, - сказал г-н Дабуб. - Мы не судьи, не прокуратура и не следователи".

Однако г-н Бейкер, аналитик по энергетическим вопросам Института Брукингса, считает иначе: "Если ваша страна богата нефтью, вам позволено многое".

Годами правозащитные организации критикуют Назарбаева за то, что он закрывает газеты, публикующие критические материалы о его режиме, проводит законы, угрожающие преследованием гражданам, чьи действия расцениваются как угроза экономическому развитию страны, допускает и сам принимает участие в широкомасштабной коррупции, и тому подобное. Но, по мнению аналитиков, очень редко политические деятели США оказывали открытое противодействие Назарбаеву и его действиям.

"Им сделано довольно много во многих секторах, - считает Томас О. Мелиа, заместитель директора либеральной исследовательской организации Freedom House в Вашингтоне. - Он не похож на многих других лидеров, которые «кладут все яйца в одну корзину» Белого дома".

И даже при всем этом, и при одной администрации, и при другой Белый дом оставался надежным и чрезвычайно деятельным союзником Назарбаева. Эта поддержка казахстанского лидера не перестает быть причиной возмущения членов Конгресса.

"Это лицемерие со стороны президента Буша выступать с заявлениями о борьбе с зарубежной коррупцией, а потом якшаться с диктатором, - считает сенатор Карл Левин от штата Мичиган, представитель демократической партии в сенатском комитете по делам правительства. - Это оказывает поистине отрицательное влияние на страны, поддержкой которых вы пытаетесь заручиться".

Сенатор Левин охарактеризовал г-на Назарбаева как "жесткого диктатора, который бросает в тюрьмы своих оппонентов, запрещает оппозиционные партии и осуществляет контроль над прессой".

Но некоторые считают, что Белый дом должен проявлять житейскую мудрость, когда дело касается поддержки стран в неспокойных, но богатых природными ресурсами регионах. Ариэль Коэн, старший научный сотрудник Фонда "Наследие", консервативной исследовательской организации, считает, что Администрация Буша успешно сбалансировала свои долгосрочные внешнеполитические цели, включая энергетические вопросы, с правозащитными стандартами в Центральной Азии. Ввиду неспокойной обстановки в других центрально-азиатских странах, Казахстан выступает теперь в роли военного плацдарма США в этом регионе.

"Когда дело доходит до Казахстана, все сосредотачивается на трех вещах: энергии, демократии и безопасности, - говорит г-н Коэн. - Я бы сказал, что применительно к соперничеству в Центральной Азии, Назарбаев преуспел в каждой из этих областей. Конечно, существует еще коррупция и пробелы в соблюдении законности, но мы говорим о стране, которой 15 лет назад не существовало как государства. Им пришлось начинать буквально с нуля".

Когда в феврале начнется процесс в отношении Гиффена, он может подлить бензина в огонь и пролить новый свет на отношения Соединенных Штатов с Казахстаном и другими странами, известными своей широкомасштабной коррупцией.

Со своей стороны, чиновники Казахстана беспокоятся, что процесс над Гиффеном может затруднить развитие их страны. Г-н Вейнгартен, юрист, представляющий интересы казахстанского правительства, направил в 2002 году от имени своего клиента письмо в департамент юстиции. В письме прямо говорилось: "Даже если прокуратура может предъявить обвинение президенту Назарбаеву, мы не представляем себе сценария, чтобы в интересах Соединенных Штатов было обвинить руководителя своего важного стратегического союзника".

Некоторые из бывших сотрудников Гиффена считают еще более печальным, что вся эта сомнительная афера с переводом взяток и отмыванием денег по всему миру представляет в неблагоприятном свете всякую деятельность Гиффена.

"Если все это касалось одной только нефти, то это было одним из самых больших обманов в американской истории", - говорит г-н Сигел, вашингтонский лоббист, помогавший г-ну Гиффену в его работе в Казахстане. – Я-то думал, что мы делаем нужное дело".

Рон СТОДГХИЛЛ
"Нью-Йорк Таймс"
08 Nov 2006

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom