Новая глава из книги Мухтара Аблязова

Начало см.здесь

В сентябре 1994 года на съезде Cоюза промышленников и предпринимателей я выступил с критикой бюджета страны и предложил ряд мер по улучшению экономики страны. Неудивительно, что той же осенью последовал ряд предложений. Первое - возглавить Главную налоговую инспекцию республики. В то время она входила в состав Министерства финансов, и должность Главного налогового инспектора автоматически предусматривала статус заместителя министра финансов. Но я отказался, также как и от предложение руководить Народным сберегательным банком. Его возглавил Зейнулла Какимжанов.

Затем было подписано постановление о назначении меня председателем только что созданной Национальной комиссии по ценным бумагам. Тут я поддался на уговоры и практически согласился. Меня успели даже представить на эту должность. Но подумав, на следующий день я отказался: менеджеры, с которыми я начинал свой бизнес, заявили, что в случае моего ухода они тоже покинут компанию. Они не хотели работать под другим руководством. Бизнес, который я с таким трудом организовал, мог попросту распасться. Поэтому пришлось отказываться...

Акежан Кажегельдин, премьер-министр в то время, был сильно возмущен. Он в сердцах сказал, чтобы я к нему не обращался, что он ни в чем не будет помогать мне. Но и при случайных встречах А. Кажегельдин не оставлял попыток уговорить меня поработать в правительстве.

В 1995-96 годах меня активно преследовала Налоговая полиция. Она «выдавливала» меня из сахарного бизнеса по наущению Рахата Алиева, хозяина «Сахарного центра». И – по команде Н. Назарбаева, его тестя. Этой семье конкуренты были не нужны. Поэтому из сахарного бизнеса пришлось уйти. И вдруг в начале 1997 г. мне предлагают возглавить эту самую Налоговую полицию республики. Но разве можно было возглавить репрессивный орган, который вчера преследовал мой бизнес, и где я должен был бы сам преследовать других бизнесменов?! Естественно, опять пришлось опять отказаться.

В то время в правительстве катастрофически не хватало людей с рыночным мышлением, которые могли бы самостоятельно принимать решения. Их взялись привлекать из крупного бизнеса. На госслужбу хлынула волна молодых управленцев-бизнесменов. В начале 1995 года Сауат Мынбаев был назначен на должность заместителя министра финансов. До этого он работал первым заместителем председателя Казкоммерцбанка (ККБ), был акционером банка. В 1996г. «Казахтелеком » возглавил Серик Буркитбаев, тоже ставленник ККБ. В ноябре 1996 г. на должность руководителя РГП « Казахстан Темир Жолы » был назначен Еркин Калиев, опять же кандидатура ККБ. Руководителем разоренной Продовольственной контрактной корпорации был назначен мой заместитель по бизнесу – Нурлан Смагулов, президент компании « Астана-Моторс».

В марте 1997 года меня пригласил на прием Нурсултан Назарбаев. Я приготовил ряд аргументов, обосновывающих мое нежелание работать на госслужбе. Стране, безусловно, нужны хорошие чиновники, но не меньше стране нужны хорошие бизнесмены. Ведь бизнес еще развит слабо, поэтому нет смысла «выдергивать» меня из дела. Примерно в таком русле я собирался отстаивать свою свободу. Но было ясно, что в покое меня не оставят. В случае отказа могли создать проблемы моему бизнесу...

Ранее я довольно часто встречался с Н. Назарбаевым, но в основном в кругу бизнесменов. Встреч один на один было немного. Безусловно, Н. Назарбаев наблюдал за развитием моего бизнеса, читал мои записки по развитию экономики и статьи по налоговой реформе. Он знал, что я отказался от всех предложений перейти работать на госслужбу. Следует отметить, что Назарбаев не любил, когда ему отказывали, поэтому аккуратно прощупывал меня, предлагая тот или иной участок работы. Я заметил, что президент не знал точно, какую работу мне предложить. Эта встреча носила больше ознакомительный характер. Я изложил ему свою позицию, и Назарбаев отступился.

Тогда же я решил воспользоваться этой встречей и попросил передать мне в аренду цирк и окружающую его территорию. У меня давно возникла идея создать около цирка детский развлекательный центр, вроде Диснейлэнда. Назарбаев живо ухватился за эту идею, посмотрел проект и при мне поручил акиму Алматы Шалбаю Кулмаханову передать цирк в аренду на 20 лет, сказав, что потом потом даст возможность приватизировать этот объект.

...Через пять лет Нурсултан Назарбаев заявит, что кто-то передал в управление компании «Астана-холдинг» государственный цирк, а он сам был не в курсе. Президент даст поручение отобрать цирк за то , что в нем проходило собрание демократической общественности, на котором его и его семью подвергли жесткой критике...

Хотя Назарбаев сказал мне, что у меня есть еще полгода для работы в бизнесе, со стороны Акежана Кажегельдина давление не ослабевало. Переговорщиком от него выступал Зейнулла Какимжанов, который в то время был помощником президента по экономическим вопросам. Какимжанов передал мне предложение возглавить компанию «КЕГОК». Но что это за компания, какими она активами обладает, помощник президента понятия не имел. «Придешь и разберешься сам! Стране не хватает управленцев, которые могли бы системно мыслить,» - говорил мне он. Я ответил, что подумаю, но про себя решил оставаться на прежней позиции.

В 1996 –97 годах я активно занимался различными производственными проектами и постоянно сталкивался с проблемой непрерывного энергоснабжения. Происходили регулярные перебои с поставкой электроэнергии, приходилось покупать дизельные электрогенераторы. Но для больших предприятий это было неприемлемо, так как себестоимость электроэнергии при этом становилась очень высокой.

Через некоторое время Акежан Кажегельдин пригласил меня и мрачно поинтересовался: «Ну и что, каким будет ответ?» Я опять ответил отказом. На что он в ярости сказал: «Вы набиваете себе карманы в частном бизнесе, а на государство работать некому!»

Отказавшись до этого от предложения возглавить КЕГОК, я все же начал изучать вопросы электроэнергетики, встречался со специалистами, пытаясь понять глубину возникающих проблем. У меня начало складываться понимание, что эти проблемы решаемы. Задача была глобальная, предполагаемая энергетическая структура - огромная. Я неожиданно для себя очень сильно заинтересовался всем этим спектром вопросов. Объездил несколько регионов Казахстана, посмотрел на высоковольтные линии, по которым от мощных электростанций шла передача электроэнергии на тысячи километров. Меня буквально захватил масштаб компании.

Я пришел к Кажегельдину, сказал, что готов возглавить компанию КЕГОК, но при условии, что не будет передачи в концессию компании « АВВ». Заявил о своей уверенности, что смогу самостоятельно справиться без иностранной помощи. Попросил карт-бланш сроком на полгода самостоятельной работы. Если за это время не справлюсь, то тогда можно передавать компанию в концессию. Он внимательно посмотрел на меня, пожал руку и поблагодарил за согласие перейти работать в государственную компанию.

Первоначально предполагалось, что у компании будут два руководителя – еще один со стороны «АВВ», известного энергетического концерна. КЕГОК планировалось передать в концессию сроком на 15 лет, всего за 5 миллионов долларов. Нужен был представитель со стороны Казахстана, который контролировал бы деятельность иностранной компании. Конечно, такая роль меня совершенно не устраивала.

Мы с премьер-минстром договорились, что через месяц я приду к нему с программой развития электроэнергетики, а он окажет максимальное содействие. Однако к середине 1997 года в Казахстане стали устойчивыми слухи, что Акежан Кажегельдин скоро уйдет в отставку. Главная причина – самостоятельность премьер-министра. На фоне бесцветных министров и акимов он являл собой образец живого и интересного политика. Его речь изобиловала афоризмами, удачными сравнениями. Выступал он без бумаги и очень убедительно. Пресса буквально охотилась за Кажегельдиным.

Конец сахарной монополии

В конце мая 1997 года в Казахстане сильно выросли цены на сахар. Практически 100% официального рынка контролировал «Сахарный центр», фирма Рахата Алиева. Все, кто осмеливался самостоятельно торговать сахаром в стране, подвергались преследованиям со стороны Налоговой полиции, одним из руководителей которой был алчный зять президента Назарбаева. Так, «Сахарный центр» оказался монополистом по всему Казахстану. Это позволяло Р. Алиеву бесконтрольно поднимать цены, извлекая сверхприбыль.

В тот момент меня Акежан Кажегельдин пригласил меня к и спросил, что делать в сложившейся ситуации. Обратился ко мне премьер неспроста: монополия сложилась из-за того, что меня практически изгнали из этого бизнеса. Я порекомендовал ввести антимонопольное регулирование «Сахарного центра», а также выбросить на рынок большие объемы сахара из госрезерва, чтобы таким образом снизить цены на рынке.

Я сказал А. Кажегельдину, что семья Назарбаева контролирует этот рынок полностью. Для того, чтобы прекратить рост цен, необходимо разрушить монополию Рахата Алиева. Но это – прямой конфликт с президентом. На что Кажегельдин как бы сам себя спросил вслух: «А что, может, пойти на этот конфликт?» Видно было, что Акежан Кажегельдин ищет такой повод для ухода в отставку, который обеспечил бы ему широкую поддержку населения.

Скорость принятия решений у премьер-министра Кажегельдина была поразительной: о мероприятиях, которые я рекомендовал, было сообщено по радио и телевидению как о решении правительства буквально на следующий день. И результат не замедлил сказаться – цены на сахар быстро пошли вниз и стабилизировались.

В июле Акежан Кажегельдин ушел в отпуск. Многие считали, что из отпуска в кресло премьера он уже не вернется. Тем не менее, в конце июля 1997 года он, до черна загoревший, вновь вышел на работу. На заседание экономического блока правительства он пригласил и меня, чтобы я мог рассказать о своих впечатлениях за прошедший месяц знакомства с КЕГОКом.

Под руководством Акежана Кажегельдина мне довелось поработать всего два месяца...


Эл. почта
19 Mar 2003

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom