Казахская армия – за оппозицию

Генерал Амирбек ТОГУСОВ: «ВЫБОР БУДЕТ ЗАВИСЕТЬ ОТ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ПЕРЕМЕН»

– Амирбек Анварович, на конференции ЗСК Вы выступили и предупредили всех: и власть и оппозицию о недопустимости использования армейских сил против мирных граждан, если такое не дай бог случиться. И вообще, что Вы можете сказать о роли военных в гражданском обществе?

– Армия и ее офицерский корпус всегда были и есть несущей конструкцией государственности, ее основным каркасом. Военные – это самостоятельный человеческий архетип с особыми наклонностями, особой этикой, особой природой и особыми ритуалами, основанными на лучших традициях своего народа. Известный исследователь древних индоевропейских народов Жорж Дюмезиль утверждает, что в древние времена общество делилось на три основные касты – брахманы (жрецы), кшатрии (воины) и вайшьи (производители и торговцы). Так как жрецы занимались делами божьими, то с точки зрения земных дел кшатрии были главными и первыми.

Воины, военная аристократия, как ведущая каста, выдвигали из своей среды вождей, царей, королей… Именно воины были осевым социальным компонентом в вопросах жизнеустройства, государственной и общественной жизни. Поэтому издревле главными функциями воинов были защита государства и народа, осуществление судейских и административных функций.

Отличительная черта кшатриев – их мало волнует материальная сторона личной жизни. На первом месте у них стоит служение народу и Отечеству. Только такой масштаб, намного превосходящий личное благополучие, представлялся для подлинного воина достойным и приемлемым. Вопрос касты кшатриев и сегодня имеет не историческое или абстрактно-философское, а самое актуальное значение.

– Отсюда возникает вопрос: где же эти самые кшатрии сегодня?

– Отторжение военных от политики началось в позднесоветскую эпоху, когда руководство КПСС полностью взяло на себя и “кшатрийские” функции, роль мужского начала в советском обществе, что положило начало разложению самой партноменклатуры, а дальше – эффект домино для всего общества.

Естественно, что коррозия коснулась и офицерства. Именно там, в психологии и навыках брежневского генералитета следует искать основные истоки кастового перерождения Советской Армии. К счастью, сия горькая чаша миновала Казахстан. Единственным, так сказать “брежневским” генералом у нас является генерал армии С. К. Нурмагамбетов, но он – истинный кшатрий. Остальные генералы ВС РК – представители новой формации постперестроечного периода. Офицеры ВС РК – это, в силу сложившихся обстоятельств, самый молодой офицерский корпус не только в СНГ, но и во всем мире.

В 1997 году я сделал анализ по возрасту, и офицеров до 30-и лет в нашей армии было около 90 %. Главная задача для государства и общества сейчас – воспитать их достойными наследниками старшего поколения кшатриев, создавших наше государство и веками обеспечивавших его функционирование, защитивших и передавших нам огромную территорию.

Мы должны вернуться к полноценной модели кшатрия, воина, каким он был в традиционной индоевропейской цивилизации, каким его знала Великая Степь. К большому сожалению, у нас в стране интеллектуальный потенциал военных не вовлекается в политико-административную и хозяйственную деятельность государства на разных уровнях. И честные, принципиальные и перспективные офицеры и генералы, с высокими организаторскими способностями, окончившие по две военные академии, в т. ч. и Академию Генштаба РФ, оказываются даже вне армии, не нужными остаются они и для государственной службы.

Почему я так подробно говорю об исторической роли социального значения военного человека? Конечно, это не лоббирование интересов военных мною, генералом. Надеюсь, читатель это прекрасно понимает. Сегодня мы вступаем в ответственный период – выборы очередного президента. Это наша судьба, судьба наших детей и всего будущего Казахстана. И сегодня народу, Отечеству нужен настоящий воин-кшатрий. Кшатрий – человек политический по своей сути. Ему чужды меркантильные интересы, он надматериален, он свободен от клановости, непримирим к коррупции, он служит народу и Родине.

Таким настоящим кшатрием мне видится генерал-полковник Жармахан Туякбай. И я ему верю. Нисколько не умаляя достоинства других претендентов, хочу отметить, что это люди неординарные и по-своему болеющие за нашу судьбу.

– Вы говорили об офицерах, оставшихся вне армии. Можете ли Вы назвать конкретные имена?

– Это бывший главком сухопутных войск генерал-майор Н. Джуламанов. В 2002 г., с отличием окончил Академию Генштаба РФ. В настоящее время в связи с реформой сухопутных войск около года сидит без должности. Бывший командующий региональным командованием “Юг” генерал-майор У. Еломанов, также окончивший Академию ГШ в 2002 г. досрочно ушел на пенсию. Бывший заместитель МО, Главкома сухопутных войск генерал-майор Д. Халиков – молодой (ему только 45 лет) и перспективный офицер, участник войны в Афганистане. В прошлом году окончил Академию ГШ РФ. По-моему, он единственный в Казахстане, кто окончил и Академию проблем обороны, безопасности и правопорядка при президенте РФ, но применения в ВС РК он не нашел. Сейчас работает в МЧС. Генерал-майор Н. Асылов, доктор социологических наук, профессор, кандидат военных наук, доцент, академик Академии естественных наук РК, бывший начальник Алматинского погранучилища. Он мог бы стать первым в Казахстане доктором военных наук, но нет условий для защиты.

А как же развивать силовые структуры без науки? Это примеры из числа генералов, а о других офицерах и говорить не приходится. И все они отнюдь не пенсионного возраста. Названные мной генералы – люди высокой чести, их отличает твердость характера, честность, принципиальность и высокий профессионализм. Сегодня они обслуживают частные структуры. Это какая-то аномальная тенденция в кадровой политике государства.

– А что же Верховный главнокомандующий? Он знает о судьбах своих генералов и офицеров?

– Извините, но этот вопрос уже не ко мне.

– Амирбек Анварович, Вы уже ознакомились с программами кандидатов в президенты? Пожалуйста, выскажите Ваше мнение о них.

– Любая программа кандидатов, будь-то выборы парламента или президента, как правило, состоит из двух частей – экономической и политической. Так как программы по своей сути рекламный документ, то претенденты больше внимания уделяют политической части, особенно проблемам социального плана как наиболее воспринимаемым. И здесь каких-либо кардинальных различий в их программах я не вижу. Меняются только акценты, приоритетность которых можно оспорить. Не секрет, что вопросы взаимосвязи, соотношения экономики и политики в период экономических реформ и преобразования политической системы являются особенно важными.

Поэтому хотелось бы увидеть в программах претендентов более глубокие, и главное, конкретные проработки экономических и политических реформ. Ведь от решения экономических преобразований зависит и утверждение таких политических ценностей, как демократия, права и свободы человека, правовое государство, т. е. формирование демократической политической системы.

Безусловно, наиболее привлекательной, реальной и отвечающей интересам народа является программа ЗСК. Особенно такие моменты как – ужесточение антимонопольной политики, активное государственное участие в перераспределении доходов через совершенствование налоговой системы, развитие честной конкуренции, забота о малом бизнесе, антикоррупционный блок, конкретный и реальный социальный пакет. Вселяет надежду на будущее и положение программы о возврате государству стратегических объектов. Действительно, нельзя согласиться с деградацией и ликвидацией оборонного, промышленного, продовольственного и научного потенциала государства. Сегодня, объединившись, машкевичи, митталы и прочие хозяева всевозможных “ойлов” способны поставить страну на колени.

– Какая форма государственного устройства Вам больше по душе – президентская или парламентская республика?

– Для нас так же важной является предлагаемая ЗСК форма политического устройства общества. Если в условиях становления молодого суверенного государства мы все согласились с моделью президентского правления, то поэтому мы и приняли в 1995 году Конституцию, которая наделила президента страны почти неограниченной властью. Таким образом, мы сами, очевидно, не осознавая всех возможных последствий, дали “добро” на установление авторитарного режима. Думаю, нами руководила вера в мудрого президента. К тому же была надежда, что такая концентрация власти позволит, в конечном счете, ускорить демократические преобразования и эффективно решить экономические проблемы. Оправдались ли наши надежды? У меня нет такой уверенности.

Именно эта бесконтрольная власть одного человека позволила открывать секретные счета за границей, проводить закрытые тендеры по продаже стратегических объектов и не только их, сделать непрозрачными доходы и бюджет, утвердиться обвальной коррупции, принять законы и поправки, существенно ограничивающие демократические свободы граждан. А эта недостойная, мышиная возня вокруг оппозиции, непровластных СМИ и многие другие антидемократические меры. Разве об этом мы мечтали? И к сожалению, институты нынешней власти не готовы к генерированию новых идей. Предложенный блоком ЗСК проект новой Конституции позволяет избежать в будущем подобных ситуаций. В проекте предусмотрены процедура передачи части полномочий от президента парламенту, расширение его контрольных функций и участие депутатов в управлении государством как подлинных представителей народа. Вот почему я считаю потенциал программы блока ЗСК более привлекательным.

– А что можно сказать о других претендентах?

– Мне кажется, остальные претенденты просто не смогут предложить что-либо существенное и будут вынуждены использовать в своей предвыборной агитации откровенно популистские лозунги. То, что они предлагают по реформированию экономической и политической системы – вчерашний день. А это, как известно, для политика смерти подобно. Обидно, ведь Казахстан богатая природными ресурсами страна с развитой современной промышленностью. Сельское хозяйство кормило не только Казахстан. Но самое главное – люди. Высокая духовность, образовательный уровень превосходил даже хваленые США. Куда все это делось? Экономический потенциал страны позволяет каждого из нас сделать арабским шейхом, а мы радуемся предвыборным подачкам. Не народ, а власть сегодня не готова к демократическим преобразованиям. Мы же хотим кардинальных реформ, а паллиативные решения только усугубляют положение.

– Амирбек Анварович, как Вы относитесь к “цветным” революциям?

– Нормально отношусь. Эти революции – разновидность конфликта в обществе. Общественные отношения всегда складывались из конфликтов и консенсусов, согласия и противоборства. Конфликтность - объективное, абсолютно нормальное явление общественных отношений. Другое дело, что в каждом обществе степень конфликтности имеет свой уровень – от кровавых революций до мирной передачи власти путем демократических преобразований. Не открою секрета, но рано или поздно и наше общество ждет своя специфическая революция. В какой форме и когда это произойдет, зависит от зрелости гражданского общества и правящей политической элиты. При этом необходимо помнить, что репрессивная политика, разгул коррупции и обнищание населения могут стать катализаторами революции.

– Что Вас привело на конференцию ЗСК?

– Во-первых, я был приглашен в качестве гостя. Во-вторых, вызывают беспокойство последние политические события на постсоветском пространстве, особенно в Узбекистане и Кыргызстане, где было применено оружие против народных масс. В период известных событий в Украине применение военной силы было остановлено в последний момент. Идет эскалация взаимоотношений по вектору власть – народ, что может быть чревато тяжелыми последствиями. Процесс обострения политической ситуации наблюдается и у нас. К тому же она будет иметь тенденцию нарастания по мере приближения президентских выборов. Поэтому хотелось бы предупредить и власть, и всю оппозицию о большой ответственности за свои действия. Главное, не допустить насилия, и это было темой моего выступления.

-Как Вы лично оцениваете политическую ситуацию в стране?

-Мне кажется, в ваших вопросах есть подтекст – узнать, в оппозиции я к власти или нет? Как кадровый военный, я по своей природе государственник, и никак не могу быть оппозиционером по отношению к власти. Если, конечно, эта власть не антинародна.

Когда ежедневно сталкиваешься с реальной жизнью, которую никак не назовешь благополучной, как это утверждает власть, невольно ловишь себя на мысли, что оценка деятельности правительства и президента не всегда совпадает с мнением большинства здравомыслящих патриотов-граждан страны и оппозиции. Скорее я нахожусь посредине и представляю основную часть электората. Нынешний электорат – это критическая масса, которая ждет своего часа, но наиболее радикальная ее часть уже сегодня уходит в оппозицию. Древнеримский философ Сенека в свое время говорил, когда человек не знает, к какой пристани он держит путь, для него ни один ветер не будет попутным. Но я найду свою пристань, поймав ветер перемен. Выбор будет зависеть от демократических перемен.

-Что бы Вы предложили в первую очередь?

Я хочу обратиться к правительству, ЦИК и Акимам – освободите школы от избирательных участков, а учителей от предвыборной агитации. Школа сегодня – единственное оставшееся святое место, где формируется будущий человек. Светлые, неокрепшие души детей не должны быть свидетелями грязных политтехнологий. Казахская пословица гласит “В доме с детьми тайн не бывает” и еще – “Птенец, оперившись, повторяет то, чему научился в гнезде”. Даже в годы суровых испытаний Великой Отечественной войны, когда стоял вопрос: быть или не быть? – специальным постановлением правительства в 1943 году учителей стали возвращать с фронтов для выполнения их прямых обязанностей. Учитель – это генофонд совести, чести и высокой нравственности.
Эрик ХВАТАЛЬ
Бахытгуль МАКИМБАЙ



DАТa недели, № 41 (48) 13 октября 2005 г.
13 Oct 2005

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom