Казахстан: Компетентно

Айдос САРИМОВ:
ЧП не районного масштаба...


В последнее время на территории Республики Казахстан то здессь, то там тревожным светом вспыхивают искры локальных межнациональных конфликтов. Разборки между казахской и уйгурской молодежью в Алматинской области, столкновение между казахскими и турецкими рабочими с погромом в нефтедобывающем Тенгизе в Атырауской области. И вот, снова стычка, между казахами и чеченцами. Есть убитые и раненые. Это случилось на днях в Энбекшиказахском районе Алматинской области. Опять тревожный симптом: межнациональные разборки. Доносятся голоса: доколе терпеть казахскому народу пренебрежительного отношения, даже презрения и игнорирования его отдельными представителями других национальностей, считающих Казахстан “второй родиной”? Не грозит ли это перерастанием в серьезный межнациональный конфликт?

Разъяснить недавнюю ситуацию в Маловодном и “КазАткоме” и поделится со своей позицией редакция попросила бывшего сотрудника Министерства культуры, информации и общественного согласия РК, много лет проработавшегося в сфере внутренней политики, политолога Айдоса САРИМОВА.


– Айдос, как вы оцениваете произошедший на днях конфликт в Маловодном? Что, на ваш взгляд, послужило его причиной?

– На мой взгляд, причины конфликта в Маловодном, который потенциально может перерасти в межнациональный конфликт с далеко идущими последствиями, следует искать в социально-экономической и социально-психологической плоскостях. “Закрыть”, “замолчать” данный конфликт крайне трудно, поскольку уже пролилась кровь, есть пострадавшие, есть масса озлобленных людей, которых никак не смогут успокоить крайне неуверенные и несмелые заверения чиновников о том, что, дескать, это было банальное хулиганство, драка между двумя нетрезвыми согражданами.

– Но вы же не будете отрицать “криминального” или “полукриминального” следа?

– Безусловно, первоначальным толчком для разгорания конфликта, если верить очевидцам и публикациям в СМИ, послужила драка между двумя молодыми людьми. Но к чему эта драка привела: выдвигаются очень серьезные и крайне опасные требования, лозунги ксенофобского содержания. В конфликт вовлечено несколько тысяч местных жителей, абсолютное большинство из которых никогда не были националистами, шовинистами и т.д. Но что заставило их объединиться и идти “войной” против представителей другой национальности?

Я думаю, что данный “всплеск эмоций” не был результатом одного события или одного месяца. Местное население (в основной массе казахское) испытывает серьезнейшие трудности в социально-экономическом плане, уровень большинства жителей Маловодного явно недотягивает до уровня их отдельных “соседей”, которые, если верить некоторым сообщениям из СМИ, имеют отношение к криминальному бизнесу и т.п. А если такие “соседи” попросту бесцеремонно третируют жителей, если их деятельность не находит должной реакции со стороны судов и полиции, то как правило на арену выходят внесистемные, незаконные факторы. Суд Линча (а случай в Маловодном является судом Линча) – это всегда крайняя, вынужденная мера. Это, если хотите, жест отчаяния.

– Вы упомянули суды и полицию. Насколько адекватны, по вашему мнению, действия власти и правоохранительных органов в данной ситуации?

– В целом я считаю, что действия полиции в данной ситуации были правильными. На данном этапе крайне важно максимально развести конфликтующие стороны и недопустить эскалации напряженности.

Власти должны максимально открыто информировать местных жителей о ходе расследования, проводить встречи и беседы с молодежью, привлекать авторитетных, пользующихся доверием людей для разъяснительной работы. В принципе это стандартный набор действий местных властей, который уже неоднократно осуществлялся в нашей стране в начале-середине 1990-х годов прошлого века, и при недавних событиях в Атырауской и Алматинской областях. Я не берусь утверждать, что все действия являются безупречными и честными, но в данной ситуации такие действия просто необходимы.

Но что делается на центральном уровне? Вчера и сегодня представители министерств информации и внутренних дел начали обзванивать редакции СМИ, “просить” не освещать данную тему или хотя бы придерживаться той информации, которую распространяет МВД. Это что, выход? Я разговаривал с несколькими редакторами и журналистами, которые откровенно возмущались такой недальновидной и откровенно глупой позицией чиновников и твердо приняли решение освещать происходящие события. Можно опять-таки понять чиновников, которые не хотят испортить настроение своему “шефу” накануне праздников. Можно даже вспомнить известное высказывание Олдоса Хаксли о том, что наибольших успехов пропагандисты достигают не путем аргументации своей позиции, а путем умолчания. Но факт остается фактом, что произошло, то произошло. Оттого, что некоторые каналы не покажут это событие по телевизору, а некоторые газеты вместо реальных событий дадут очередную порцию “ура-патриотических”, пустопорожних бредней на тему очередного великогламурного послания “нуль первого”, ситуация лучше не станет. Наоборот, как мне кажется, нужно открыто обсуждать существующие проблемы, смело говорить о позиции всех сторон, естественно придерживаясь при этом разумных рамок полноценного и равноправного диалога, корректного отношения к национальным, гражданским и прочим чувствам и законным интересам участников конфликта.

– А как же тогда быть с известными формулами “о дружбе народов”, межнациональной и межконфессиональной стабильности? Тем более, что скоро представителей различных национальностей будут по президентским спискам назначать в Сенат…

– Мы уже настолько привыкли к пропагандистским штампам о том, что Казахстан является “лабораторией дружбы народов”, родиной то ли 120, то ли 130 национальностей, мирно сосуществующих друг с другом, что на уровне подсознания стараемся избегать любого допущения, которое идет вразрез этим полудогматическим, а точнее мифическим постулатам. Если мне не изменяет память, то согласно итогам Всесоюзной переписи 1989 года, в Казахстане проживало 127 этносов. При этом у 72 народностей численность не превышала и тысячи человек, а 44 национальностей были представлены группами менее 100 человек. Например, согласно итогам той переписи, в Казахстане проживало 2 энца, 5 эскимосов, 6 ижорцев, 6 алеутов, 6 нганасанов, 8 орочей и т.д. И что, все они должны быть представлены в Сенате? Вообще, сколько должно быть граждан той или иной национальности, чтобы считаться народом и быть представленным в высшем законодательном органе?

Я лично считаю, что субъективно и три человека могут именовать себя народом. Но это ни в коем случае не должно означать, что инициативы о назначении сенаторов из числа национальных меньшинств должны противоречить нормам Конституции и интересам формирующейся казахской нации, составляющей большинство населения страны! В противном случае, что может помешать группе граждан, скажем из 5 тысяч человек, объединиться, провозгласить себя народом (допустим – гоблинами, хоббитами, марсианами) и претендовать на места в парламенте? Уверен, такие “заигрывания” и дешевый популизм властей не остаются незамеченными обществом. В условиях, когда большинство населения еле сводит концы с концами, когда разница между доходами 10 процентов самых богатых и 10 процентов самых бедных граждан превышает все допустимые пределы, подобные “игры” чреваты серьезными социальными и, как мы уже наблюдаем, межнациональными конфликтами.

– И что же следует предпринять?

– Ну, во всяком случае, наверное, не стоит сегодня назначать гражданина Махмаханова премьер-министром…

– А если серьезно?

– А если серьезно, то в первую очередь не только власти, но и всему обществу надо научиться смотреть правде в глаза…

– Вы считаете, что мы этого делать не умеем?

– Скорее “нет”, чем “да”. Начнем с самого начала. Я бы сказал, что существует целая группа факторов, которые несут в себе значительный потенциал для будущих конфликтов и потрясений. И сегодняшнее бездействие власти в этих направлениях не просто преступно, а преступно в квадрате.

Казахстан вступает в такой период своей истории, когда резерв технологической, инфраструктурной, социальной прочности, являющейся, кстати, результатом деятельности не только правительств 1990-ых годов, но и Советской власти, иссякает. Отсюда и увеличение количества техногенных, производственных аварий, жертвами которых, к несчастию, становятся наши сограждане.

Если говорить образно, естественная амортизация и коррозия разъедает не только машины и технику, но также отдельных людей и целые народы. Терпение, толерантность безусловно сильные и важные качества нашего народа. Но и они небезграничны. Находясь в состоянии третьего передела, власти не могут рассчитывать на столь же трепетное, толерантное отношение к себе со стороны большинства граждан. Нужны эффективные меры по реальному сокращению бедности и нищеты, снижению остроты социального расслоения.

Не думаю, что появление семи казахстанских миллиардеров (хотя если корректно подсчитать таковых должно быть не менее 15 человек), стало предметом гордости большинства казахстанцев. Китч, безудержная тяга к предметам роскоши, коррупция, беззастенчивое разграбление национального богатства, откровенное неуважение к другим гражданам и обществу в целом, которыми сопровождается процесс накопления первоначального капитала и процесс его легализации, унижают чувства наших граждан.

Если ничего не предпринимать, то их перманентное кухонное брюзжание и недовольство будут сменяться резкими, довольно жесткими приступами гнева, как это мы видели в Маловодном. Причем поводом для этого может послужить все что угодно. Понятно, что такую ситуацию назвать “стабильной и устойчивой” может только абсолютно глухой и слепой.

– Ясно. А межнациональные конфликты могут еще повториться? Может ли случиться так, что количество конфликтов между казахами и представителями других национальностей будет расти?

– Этого нельзя исключать. Понимаете, сегодня происходит процесс естественной (хотя в пору говорить о противоестественной, людоедской) урбанизации казахского народа. Множество молодых парней и девушек перебирается в города, где зачастую их никто и ничего хорошего не ждет. Какой-либо целостной, сколько-нибудь продуманной государственной политики в этой сфере нет. Это очевидно.

Вместе с тем, я уверен, что будущее нашей страны, становление казахского народа как политической нации будет напрямую зависеть от успешности и эффективности, быть может, самого главного проекта ближайших 10-20 лет под названием “Урбанизация казахского народа”. Власть должна быть сильно обеспокоена тем, чтобы как можно лучше социализировать казахскую молодежь, прибывающую в города. Нужны реальные, затратные программы по созданию новых рабочих мест, строительству социального жилья и т.д.

Если сегодня в сельской местности проживает порядка 40 процентов населения, то уверен, лет через 20 его численность не будет превышать и 25 процентов. В такой ситуации призывать молодежь снова возвращаться в аулы глупо и контрпродуктивно. Аулам нужны не массы крестьян, а квалифицированные, грамотные специалисты, которые будут повышать производительность труда и снижать всевозможные издержки с тем, чтобы агропродукция была конкурентоспособной.

Понятно, что урбанизация казахского населения будет иметь и свои плюсы, и, соответственно, минусы. Минусы же таковы: происходит страшнейшая маргинализация, криминализация молодежи. Никто сегодня не может с уверенностью сказать, во что выльется этот процесс.

Потенциально мы можем получить очень энергичную, трудолюбивую, амбициозную массу граждан, которые, поднимаясь по ступенькам социальной лестницы, будут способствовать решению вопросов развития государственного языка, демографии, “коренизации” элиты и бизнеса и т.д. Но можем получить и массу граждан, которые, не встретив никакого понимания и заботы со стороны государства и общества, станут паствой религиозных экстремистов и откровенного криминала. В этом случае до межнациональных конфликтов рукой подать…

– Наверное, к этому следует добавить и проблемы наших “Шаныраков”, “Бакаев”, других “гетто”, которые стали главным местом обитания казахской молодежи из аулов? Незащищенность и беспредел, который творится в отношении их жителей, уже привели к печальным последствиям.

– Безусловно. Но очаги социальной напряженности не ограничиваются проблемами “казахских гетто”. Буквально на днях мы завершили интересный исследовательский проект, связанный с изучением социальной напряженности в 2006 году. Результаты исследования не могут быть утешительными ни для власти, ни для общества.

Проведенный нами мониторинг показывает, что за прошлый год количество конфронтационных конфликтов по сравнению с 2005 годом выросло почти в два раза. За исследуемый период - с января по декабрь 2006 года - зафиксировано 88 акций протеста. Диагностика форм проявления конфликтов и выдвигаемых при этом требований свидетельствует о том, что среди прошедших акций протеста большую долю составляют социально-экономические – 48. Соответственно число политических акций протеста составило – 40.

– И к каким итогам и выводам пришла ваша группа?

– Граждане при защите своих прав и свобод все чаще стали прибегать к активным формам проявления протеста. Анализ противоречий конфликтующих сторон при социально-экономических акциях протеста говорит о том, что они складываются между властью и населением, с периодической поддержкой общественных организаций, а также между работодателями и наемными рабочими.

Основная проблемная зона очагов социальной напряженности формируется вокруг прав на землевладения и домостроения, изымаемых и сносимых под так называемые “государственные нужды”, а также запрета на ввоз и использование праворульных автомашин. При трудовых конфликтах наиболее массовые акции возникали на предприятиях со значительной долей иностранного участия, где казахстанские рабочие были ущемлены в своих социальных, трудовых и экономических правах.

Акции протеста все чаще стали выражаться в экстремальный форме, в частности, приобретают характер голодовок. При этом местные исполнительные органы не всегда в состоянии адекватно реагировать на подобные проявления гражданского неповиновения. Из общего числа акций протеста 81,8% носили несанкционированный характер. Из 16 акций гражданского неповиновения, диагностически относящихся к санкционированным, только в половине случаев госорганами было дано разрешение.

Из числа акций протеста, с выдвижением политических требований, ни по одной из них не были удовлетворены требования протестующих. Только в трех случаях из 48 социально-экономических акций удалось частично добиться выполнения требований. В данных случаях власть вынуждена была пойти на уступки под давлением общественного мнения. Диагностический анализ традиционно предпринимаемых мер со стороны органов власти по локализации реальных конфликтов и очагов социальной напряженности показал, что власть не желает или не способна с самого начала вести переговорный процесс с оппонирующей стороной. Среди способов урегулирования конфликта властью в основном использовались репрессивные меры.

Регионами с высоким индексом уровня социальной напряженности являются г. Алматы, Южно-Казахстанская, Карагандинская, Атырауская, Восточно-Казахстанская и Павлодарская области. Наибольшее количество политических акций протеста было зафиксировано в г.Алматы, Восточно-Казахстанской и Кызылординской областях. Открытое и публичное выражение своего протеста с выдвижением социально-экономических требований чаще всего проходило в г. Алматы, Южно-Казахстанской, Карагандинской и Атырауской областях.

В предстоящем году мы склонны прогнозировать нарастание и увеличение числа акций протеста населения, связанных с выдвижением социально-экономических требований. Мотивационной базой возникновения очагов социальной напряженности с последующим перерастанием в открытую фазу конфликта будут являться:

– производственные конфликты между работодателями и наемной рабочей силой в промышленных зонах Казахстана;

– конфликты, связанные со сносом домостроений, изъятием земель под государственные нужды;

– увеличение тарифов на коммунальные услуги, тепло, газ, воду и электроэнергию;

– техногенные аварии и природные катаклизмы, которые не будут получать должной оценки и адекватных действий со стороны властных органов.

Мы убедились, что акции протеста организовываются и проводятся не только так называемым “протестным электоратом”, как это пытаются представить некоторые, но и теми группами, которые базово являются будущим средним классом (взять тех же собственников квартир, владельцев праворулек и т.д.). Игнорируя их справедливые требования, применяя против них репрессии, власти не только размывают собственную электоральную базу, но и фундамент нашего общества. А это уже чревато.
Сырым ДАТОВ.

Айдос САРИМОВ
«Тасжарган» № 11 (39)
26 Mar 2007

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom