Банкиры хотят демократической революции в Средней Азии

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) решил "перекрыть кислород" режимам Средней Азии, препятствующим политико-экономическим реформам в своих странах. В письме президенту Туркмении Сапармурату Ниязову глава Банка Жан Лемьер объявил, что дальнейшее сотрудничество со страной возможно лишь при условии радикальных изменений в ней, включающих создание прозрачной либеральной экономики, многопартийной системы, независимых судов, проведение альтернативных президентских выборов, соблюдение свободы печати, прав человека и т.д.

Всего ЕБРР направил в Туркмению почти 128 млн евро собственных инвестиций и привлек еще более 400 млн других средств. В прошлом году инвестиции составили всего 500 тыс. евро, а в этом году упали до нуля. Такая "круглая цифра" будет красоваться в графе "сотрудничество" и дальше, если бывшая среднеазиатская советская республика не перейдет на рельсы демократии и свободного рынка. ЕБРР не в первый раз делает упрек официальному Ашхабаду, но впервые упрек прозвучал столь резко. Банк вновь напомнил о том, что согласно своему Уставу он является не только финансово-инвестиционным, но и политическим учреждением, содействующим как "переходу к открытой экономике", так и развитию "принципов многопартийной демократии и плюрализма" в бывших советских странах.

С момента основания в 1990 г. Банк инвестировал сумму, эквивалентную более 20 млрд евро, и привлек со стороны еще большие средства на реализацию проектов на "посттоталитарном" пространстве Евразии. В качестве особо "успешной" отмечалась деятельность ЕБРР в таких странах, как Польша, Чехия и т.д., где не только были реализованы и дали соответствующую отдачу проекты в рамках масштабных экономических реформ, но и прошли преобразования в политической сфере, позволившие в итоге этим странам стать полноценными членами ЕС. С 2001 г. Банк объявил о том, что, хотя преобразования в центральной Европе и Прибалтике еще не до конца закончены, пора усиливать "натиск на Восток", в СНГ.

Ныне ЕБРР – крупнейший инвестор региона, при этом проводящий весьма избирательную политику. Так же, как и Туркмении, практически перекрыт "кислород" Белоруссии (где финансируются лишь небольшие частные проекты). Достаточно активно идет сотрудничество с Россией, которая признана Банком находящейся на "развитой стадии адаптации к рынку и демократии".

Политика ЕБРР уже не раз вызывала критику со стороны правозащитников. Последние (Human Rights Watch) отмечали, например, что сравнительно большой объем сотрудничества с Узбекистаном как-то не вписывается в схемы поощрения развития демократических институтов – в этой стране с демократией и правами человека туговато, что признает, например, и Совет Европы. Между тем ЕБРР даже провел в Ташкенте в прошлом году свое Генеральное собрание, несмотря на протесты против такого шага как укрепляющего режим Ислама Каримова. Точно так же Банк, видимо, мало обращал внимания на проблемы национальных меньшинств в таких государствах экс-СССР, как Латвия и Эстония, считая, видимо, что внутренняя политика этих государств вполне в духе заявленного в Уставе ЕБРР "плюрализма".

Позиция руководства ЕБРР, конечно, не может не быть двойственной. Осуществлять выгодные инвестиционные проекты и одновременно поддерживать развитие политических реформ тяжело, поскольку экономическая выгода и демократия не всегда идут рука об руку. Это прекрасно понимают частные компании, вкладывающие астрономические суммы в Китай, где с многопартийностью и вообще демократией в западном понимании ситуация складывается тяжелая. Зато отдача от инвестиционных проектов большая, а наступи там свобода и плюрализм, кто его знает, не обернется ли дело хаосом, столь пугающим инвесторов. Соответственно ЕБРР в поисках выгоды вынуждена поддерживать контакты со странами, с точки зрения "политики" имеющими определенные проблемы. Хотя в то же время не может не критиковать наиболее одиозные их режимы, иначе потеряет лицо.

Менее политизированным финансовым институтам в данном случае проще. Недавно президент Всемирного Банка (который, кстати, подписал с Туркменией соглашение о стратегическом партнерстве) Джеймс Вулфенсон говорил о том, что ему трудно придерживаться политических критериев при поддержке того или иного проекта в развивающихся странах. Многие из них являются демократическими по форме, и трудно сказать, какими по содержанию – и изменится это содержание только после очень трудных и долгих внутренних процессов. Другие финансовые институты придерживаются более "действенной" политики, полагая, что могут и должны влиять на эти самые внутренние изменения. Неслучайно, например, МВФ предоставлял большие кредиты России в переломные моменты ее политического развития, поддерживал либералов в Аргентине и т.д., хотя такая кредитная политика и сопровождалась серьезными финансовыми рисками (что позже отметили и сами акционеры Фонда). Еще более "действенную" политику проводит миллиардер Джордж Сорос, у которого, правда, больше свободы рук: он может осуществлять как финансово-инвестиционную деятельность, так и через свой институт "Открытое общество" "просветительскую", которая иногда более напоминает подрывную. В одном из недавних интервью Сорос с восторгом отозвался о прошедшей не без его участия "революции роз" в Грузии и о том, что он мечтает увидеть соответствующие изменения в Средней Азии (в которых, правда, тбилисский сценарий видится миллиардеру маловероятным).

Если учитывать и то, что положением в Средней Азией (и Туркмении в особенности) уже неоднократно выражал озабоченность и госдепартамент США, то не исключена возможность, что в этом уголке постсоветского пространства последует попытка ускорить демократические изменения. Хорошо бы, если такая попытка вызывалась не борьбой за влияние на этом самом пространстве, а искренней заботой о судьбах демократии. Хотя о таких идеалистических мотивах могут думать только идеалисты.
http://www.CentrAsia.Ru/newsA.php4?st=1090558260

Иван ТРЕГУБОВ
Rbcdaily.ru
23 Jul 2004

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom