Казахстан: Комплексы «дочки известного папы»

ДАРИГА НАЗАРБАЕВА: «КАЗАХСКИЕ ЖЕНЩИНЫ НИКОГДА НЕ НОСИЛИ ПАРАНДЖУ»

Она — основатель самого известного телеканала Казахстана, депутат мажилиса (парламента), лидер республиканской партии, председатель оргкомитета Евразийского Медиа Форума. Самая влиятельная дама евразийской территории любит фильмы про женщин с сильным характером — «Служебный роман» и «Москва слезам не верит». А еще — патриотические мелодии Дунаевского. Она искренне верит, что песня «Широка страна моя родная» — это про Казахстан. Зовут ее Дарига Назарбаева.

— В разное время оппоненты и враги называли вас по-разному: принцессой, выскочкой, угрозой демократии. Какое из этих прозвищ самое обидное?

— А все обидные. Когда меня называли принцессой, наверное, имели в виду, что я очень избалована, белоручка. Стереотип. Его приходится опровергать всей своей жизнью.

— У вас был комплекс «дочки известного папы»?

— Да. Можно было бы жить не высовываясь, но я так не могу. Стала работать, активно строить свою карьеру, вот тогда-то меня и начали называть выскочкой: мол, чего вылезает, когда у нее и так все есть. Но откуда у меня может быть все? Я что, должна жить на иждивении отца или брать деньги из государственной казны?

— А какова ваша жизнь на самом деле?

— Ну, во-первых, многие забыли о том, что я родилась в семье рабочего-металлурга. И выросла в маленьком провинциальном городке Темиртау. Переживала вместе с родителями все этапы становления нашей семьи. Я очень хорошо знаю и помню, что такое рабочая семья и какими проблемами она живет. Хорошо знаю деревню: я с четырех месяцев там жила. Помните, раньше женщинам давали декретный отпуск четыре месяца? После окончания декрета маме пришлось отдать меня бабушке. У нее я и жила и первый класс окончила. Эти воспоминания, кстати, самые дорогие.

— Какое самое яркое воспоминание детства?

— Бесконечные игры в деревне. Мы любили играть на ферме с телятами. У моей подружки мама была дояркой, я ей страшно завидовала: она могла играть с телятами каждый день. У казахов есть хорошая традиция, которая называется «асар». По-русски — «всем миром». В деревне люди все делали «всем миром». Например, женщины вместе ткали ковры. Вместе и праздники устраивали. Детям это очень нравилось. В доме моего деда собиралось до 40 человек. Я очень ждала каждого такого праздника, потому что готовили много сладостей. Бабушка садилась за стол, я пристраивалась сзади, и она потихоньку подкармливала меня конфетами. В результате я с карманами, полными конфет, убегала к друзьям на улицу.

А вот еще воспоминание… У меня дед был — садовник от Бога. Талант. На небольшом приусадебном участке он снимал по два урожая. Яблоки — знаменитый алма-атинский апорт — он посылал в город, родителям. В стандартный деревянный посылочный ящик помещалось ровно четыре вот таких огромных яблока (тут г-жа Назарбаева восторженно показывает величину плодов. — «Профиль»). Я очень любила ездить с дедом на базар, продавать картошку и яблоки. С первой выручки мне покупали сливочное мороженое в бумажном стаканчике с деревянной палочкой. Вкуснее этого мороженого я не ела ничего.

— Как после деревни приживались в городе, у родителей?

— С трудом. Мне было тяжело в школе. Я плохо владела русским языком, а ведь Темиртау — русскоговорящий город…

— Когда осознали, что ваш отец — известный человек, а вы — дочка известного человека?

— Был 76-й год. В Москве проходил XXV съезд партии. Отца выбрали делегатом. Это у нас обставлялось красиво, пышно: везде висели фотографии делегатов. Так в школе узнали, что я дочь Нурсултана Назарбаева, делегата на XXV съезд. С этого момента у меня началась совершенно другая, нелегкая жизнь. Если я позволяла себе в школе какие-то шалости, меня тут же одергивали: «Как тебе не стыдно! Ты же дочка ТАКОГО отца!»

— Вспомните конкретный случай из нелегкой жизни «дочки известного отца»…

— В День пионерии на главной площади Караганды устраивали парад. Я была активной пионеркой, и мне вожатая говорит: «К тебе подойдут журналисты, будет интервью, расскажешь им о нашей работе». Я очень переживала. Заранее подготовила небольшую речь… В назначенное время подходит ко мне журналистка с микрофоном, начинает выяснять, как меня зовут, кто мои родители. Я и говорю без задней мысли: «Зовут меня Дарига. Мой папа — секретарь обкома партии…» И тут, прервав меня, журналистка закричала на вожатую: «Что вы делаете! Кого вы мне дали? Мне нужен ребенок из рабочей семьи!» Она выключила микрофон и ушла. Представляете, какая травма это была для меня! Я же была дочерью прежде всего рабочего, а уж потом партийного чиновника.

- Вы боролись с судьбой?

— После всех замечаний в школе и случая на параде я впала в глубочайшую депрессию. Написала письмо в «Пионерскую правду». В письме был крик души: «Почему все ограничивают мои права и свободы? Почему все попрекают меня папой???» Но мама обнаружила письмо в портфеле. Мне устроили взбучку: почему я не делюсь своими проблемами с родителями.

— Какой вывод вы сделали из всего этого?

— Я не проверяю содержимое сумок своих детей. Никогда.

— Чего, по-вашему, не хватает нашей молодежи?

— Внимания, коллектива. Знаете, когда говорят, что в прошлом у нас все было плохо, — не верьте. Я с любовью и благодарностью вспоминаю свои пионерские и комсомольские годы, «Артек». У всех была одинаковая форма. Песни патриотические хором пели. Строем ходили. И ничего в этом плохого нет. Думаю, неправильно было отменять школьную форму. Это сразу обострило социальное неравенство: в школе дети должны получать знания, а не соревноваться в крутизне своего мобильного телефона или джинсов.

— Вы возглавляете в Казахстане Конгресс журналистов. Это довольно смелый шаг, ведь журналисты — народ особый. Строем ходить не любят. Есть люди, которые не поддержали вашу идею единения журналистов?

— Несогласные есть. И я к этому отношусь с пониманием (как отношусь с пониманием и к критике журналистов, хотят так самовыражаться — пожалуйста!). Но конгресс консолидировал журналистов. Особенно это было необходимо журналистам из провинции, с окраин страны. Конгресс журналистов дает возможность каждому почувствовать себя частью большого профессионального цеха.

— Штамп — болезнь любой журналистики. Какие штампы отличают ваших журналистов?

— И наша, и ваша журналистика болеет одними болезнями, использует одни и те же штампы. Все ищут образ врага. В прошлом, у журналистов СССР, это был враг внешний, а сегодня каждый пытается найти и разоблачить врага внутреннего. И через это сделать себе имя. Конечно, легче всего не анализировать, не изучать глобальные процессы, а вытащить на свет чье-то грязное белье и полоскать его перед всем белым светом.

— В Казахстане есть свобода слова?

— У нас на 15 млн. населения 56 телевизионных каналов, исключая местные, 2 тыс. газет, 120 радиостанций. Так что можете себе представить, насколько широк у нас диапазон мнений.

— Почему тогда в местной передаче «Куклы» нет куклы президента Назарбаева? Боятся?

— Дело не в страхе: посмотрите, что пишут об отце и всей нашей семье местные оппозиционные газеты! Дело в нашей восточной ментальности. Лидер государства — лицо нации, и высмеивать его на телевидении не следует.

— Вы упорно работаете над созданием правильного имиджа Казахстана в глазах прогрессивной общественности. Каковы успехи?

— Правильное построение имиджа привело к тому, что иностранные инвесторы поверили в Казахстан, вложив в практически неизвестную им страну $15 млрд. Это помогло нам встать на ноги. И сегодня уровень жизни у нас выше, чем у бывших соседей по СССР, хотя стартовые позиции у всех были одинаковыми.

— Оппозиционеры утверждают, что семья Назарбаевых узурпировала власть в стране, превратив ее в свою собственность — АО «Казахстан»…

— Наши оппозиционеры очень старались очернить нас на зарубежных площадках… Но самое главное — страна движется по правильному пути.

— Что вас огорчает в отношениях с западными партнерами?

— Многие из них до сих пор считают, что Казахстан — страна кочевников. Как-то на международной конференции в Стамбуле ко мне подошел бизнесмен из Техаса и спрашивает: «Что такого интересного в вашем Казахстане?» Про нефть и газ мне говорить не хотелось — это было бы банально. Поэтому я ответила: «У нас есть замечательная горно-лыжная база…» Он искренне удивился: мол, разве у вас катаются на горных лыжах? А через полгода приехал в Казахстан и был просто в восторге от наших гор и природы.

— Сегодня среди чиновников в вашей стране очень много молодых людей. С одной стороны, это хорошо. С другой — власть развращает. Не боитесь, что молодые слишком быстро «забронзовеют»?

— Печальный опыт у нас уже есть. Мы привлекали к управлению государством молодых людей, которые работали в бизнесе. Вчерашние бизнесмены становились министрами. Ничего хорошего из этого не вышло. Они жили по двойным стандартам. Свои интересы были у них на первом месте. На государственном посту каждый из них пытался работать на свой бизнес. Сейчас они в оппозиции.

— Что для вас как для политика важнее в подборе команды: профессионализм или личная преданность?

- В команде нужны преданные профессионалы.

— Вы жесткий руководитель? Позволяете подчиненным спорить с собой?

— По-разному. Иногда я приветствую разные точки зрения и с интересом слушаю доводы своих товарищей. Иначе зачем мне команда? А иногда поступаю жестко и возражений не терплю. Говорю: «Будет только так, а не иначе!» Вопреки мнению всех. Пока не ошибалась.

— Казахстан — самая эмансипированная страна на всем постсоветском пространстве. В правительстве из 16 членов кабинета — четыре женщины-министра. Как такое получилось?

— Исторически сложилось, что казахские женщины никогда не носили паранджу. В наших семьях до сих пор с особым уважением относятся к девочкам. Есть даже такая поговорка: «Девочка в доме — гостья». Потому что она вырастет, выйдет замуж, перейдет в другую семью. Отсюда, думаю, все и пошло. Можно вспомнить и другую поговорку: «Отец, воспитавший трех дочерей, попадает в рай». У моих родителей три дочки. Поэтому мой отец в шутку любит говорить, что место в раю ему обеспечено.

С другой стороны, наши, восточные, женщины очень дорожат своими семьями, умеют между бизнесом и семьей найти золотую середину.

— В одном из своих интервью вы сказали, что счастлива та страна, люди которой не знают своего лидера, того, кто сейчас у власти. Но в Казахстане вряд ли найдется человек, не знающий Назарбаева. Получается, что казахи — несчастный народ?

— Это я говорила, заглядывая далеко, в перспективу. А сейчас мы живем спокойно благодаря президенту Назарбаеву. Благодаря его мудрой политике у нас нет войны, как в Карабахе. Нет майдана, как на Украине, и нет стычек, как в Узбекистане, нет золотых памятников, как в Туркмении. Мой отец не будет пожизненным президентом. Поэтому не знать такого президента нельзя. Фигура подобного масштаба рождается раз в 100 лет: как Петр I в России, Ататюрк в Турции или Мао Цзэдун в Китае.

— История знает немало примеров, когда известным отцам помогали дочери. Не боитесь, что вас, к примеру, будут сравнивать с Татьяной Дьяченко, дочерью бывшего президента России, которую у нас сильно недолюбливают?

— А почему недолюбливают? История позже расставит все по своим местам. Меня уже с нею сравнивают. Но ставить нам оценки еще рано. Выводы делать — тоже.
http://www.profile.ru/forum/forum.php?item=17115#msg



28 Nov 2005

Copyright © 1997-2019 IAC EURASIA-Internet. All Rights Reserved.
EWS 9 Wimpole Street London W1G 9SR United Kingdom